Опубликовано: 11 апреля 2016 21:25

Клоун. (Настольные игры)

Иногда кажется,

что я уже застрелился..

 

Не волнуйся, крестился

                                      и не раз.

 

 

Пусть это даже фальшиво звучит – мне плевать..:

ты мне дороже

            корочки хлеба.

 

Ты знаешь, что такое голод?

                                         А я голодал.

..Нет, что ты.. не диета..

 

..Ты мне дороже той молитвы

Что, как мантру, перебираешь

                  шершавыми губами,

а вырывается еле слышно..

лишь:

     «Пить.. пить..»

 

..Язык бы проглотить..

 

..Прости-прости-прости.

 

А ты знаешь, запах свежевзрытой земли

                                                                и пороха?

Знаешь..

Тогда почему у тебя не першит горло?

 

..Да крестился-крестился..

                                     только поздно..

..Так почему у тебя не першит горло отдавать расстрельные команды

со сладко-горьким.. терпким запахом

вскормленного кровью окопа..?

..Да-да, конечно, очень гуманно.. –

пианист всё равно не сможет играть с перебитыми пальцами.

А ведь с утра ты мне ещё братом был..

Помнишь, мальчик?

..братом на одно наступление, прикрывал тыл.

Все мы здесь – братья и могилы – тоже братские..

 

И память –

           одна на всех..

                        Что-что? Кто готов за ценой не постоять?

 

Да, вот, совесть гулящей девкой и шляется,

юбки задирает..

 

Игра в оловянных солдатиков.

 

Мне не больно, –

в подарочной коробке

                    даже боль кукольного роста,

однако, железным быть холодно.

 

Однажды ты вырастешь, мальчик,

но я..

       я не буду уже столь блестящим.

 

"Оторвали мишке лапу..?"

"Тише Танечка не плачь..?"

"Я куплю тебе калач..?"

 

..За окном обманчивое солнце.

Оно только кажется съедобным.

Да крестился-крестился уже..

 

..но всё равно я помню улицы белого города.

 

Дорог мне город был..

и эти улицы, семенящие следом..

и этот день ослепительно белый..

дорог..

 

и  улыбка твоя в тени,

лицо чумазо-загорелое.

 

Дорог мне город был,

искренне нелюдимый,

с парапетами мраморными, отдающими тепло вечерам,

исключительно тёмно-синим,

и телам,

что так настойчиво любви просили.

 

Как сейчас..:

соль ещё стекала по волосам..

и пришкваренным полуденным солнцем щекам,

а губы безудержно на горячий шёпот переходили

«пить.. пить с твоей шеи брызги исключительно синие,

морской крови, дворянской,

под партию измученного жарой рояля

или пианиста.. – не принципиально..

 

..пианиста со сломанными пальцами..

улыбнись, мальчик.

 

Пианист со сломанными пальцами.. –

это смешно, не правда ли?

 

Клоун из олова..

Смешно до слёз?

            Да нет, я рыдаю до смеха,

чтобы задорней,

чтобы ещё мочь встречать расстрельные рассветы

стойко

в твоей армии, мальчик.

 

А знаешь..

я сегодня гулял по Лондону..

и пытался нафантазировать

то,

что ни при каких условиях не могу помнить..

 

Например, как искрятся её глаза..

как развиваются на ветру её волосы..

как она плачет от счастья, как улыбается,

возможно, не мне, и возможно, даже немного этого стесняется..

стесняется того, что это видят все, все чопорные улицы Лондона..

 

Однако.. представь, я всего лишь – клоун

в праздничной коробке,

подаренный на день рождения

другой девочке..

 

Девочка выросла.. и сегодня..

она меня, да и я её вряд ли вспомню..

 

В праздничной потрёпанной коробке –

воспоминания кукольного роста..

письма, игра на желание

и фантазии из пыльных тёмных углов.

 

Только допусти,

я давно вырос – а та, другая, всё такая же..

 

Не горюй, мальчик..

..Я всего лишь – оговорка по Фрейду,

правда, из прочного олова

несуразная кукла,

                     на которую,

должно быть, не хватило сердца..

 

Где огниво теперь достать?

Оно нынче дорого.

 

Не серчай, мальчик.

 

Я старался,

но разве уместишь в коробке все пожитки, да сказки?

 

Однако я буду стойким, чтобы ты надо мной смеялся.

 

Я буду стойким..

Мне есть что вспомнить..

Только бы хватило совести.

 

Рассвет где-то там заливает брусчатку нашего белого города..

И пусть сегодня гуляю по холодному Лондону

Я знаю, что такое голод в груди.

Железным быть холодно.

Прости.

 

Пианист даже с перебитыми пальцами

помнит фантомом ощущение каждой клавиши.

И пусть он похож больше на клоуна.

Главное, тебя смешит.

 

Рассвет добрался до Лондона.

Фантомом, будто обещания, сыплются на лицо сырые комья взрытой земли.

Порох..

Горло першит..

 

«Пли!»

 

© Лён.

культура искусство литература поэзия поэзия стихи Лён Клоун Настольные игры
Facebook Share
Отправить жалобу
ДРУГИЕ ПУБЛИКАЦИИ АВТОРА