Опубликовано: 11 октября 09:22

Читаем "Антологию русского лиризма. ХХ век"

Николай Майоров

(20 мая 1919 — 8 февраля 1942)

 

            "Антология русского лиризма. ХХ век". Николай Петрович Майоров

                           

По одним сведениям, родился в Симбирской губернии (деревня Дуровка), по другим — во Владимирской (деревня Павликово).

С 1929 года семья жила в Иваново-Вознесенске.

В 1937 году стал студентом МГУ (исторический факультет), с 1939-го посещал семинары в Литинституте. Печатался мало.

В октябре 1941 года добровольцем уходит на фронт. Был политруком пулемётной роты, когда погиб под Смоленском в феврале следующего года.

Чемодан с рукописями Николая Петровича Майорова, оставленный у одного из друзей в начале войны, пропал.

В 1962 году вышла первая книга стихов «Мы».

 

НА РОДИНЕ

 

Там не ждут меня сегодня и не помнят.

Пьют чаи. Стареют. Свято чтут

Тесноту пропахших пылью комнат,

Где мои ровесники растут,

Где, почти дверей плечом касаясь,

Рослые заходят мужики

И на стол клеёнчатый бросают

Красные, в прожилках, кулаки.

 

В дымных, словно баня, плошках

Мать им щи с наваром подаёт.

Мухи бьют с налёта об окошко.

Кочет песни ранние поет.

Только в полдень отлетевшим залпом,

Клочьями оборванного сна,

Будто снег на голову, внезапно

Падает на окна тишина.

 

Пахнут руки легкою ромашкой.

Спишь в траве и слышишь: от руки

Выползают стайкой на рубашку

С крохотными лапками жуки.

Мир встаёт такой неторопливый,

Весь в цветах, глубокий, как вода.

Даже слышно вечером, как в нивы

Первая срывается звезда.

 

Людям не приснится душный город,

Крик базара, ржанье лошадей,

Ровное теченье разговора...

Люди спят. Распахнут резко ворот.

Мерное дыхание грудей.

Спят они, раскинув руки-плети,

Как колосья без зерна, легки.

Густо лиловеют на рассвете

Вскинутые кверху кадыки.

 

Видят сны до самого рассвета

И по снам гадают —

Так верней —

Много ль предстоящим летом

Благодатных выпадет дождей?

 

Я запомнил жёлтый подоконник,

Рад тому, что видеть привелось,

Как старик, изверившись в иконе,

Полщепотки соли на ладони

Медленно и бережно пронёс.

 

Будет дождь: роняют птицы перья

Из пустой, далекой синевы.

Он войдёт в косые ваши двери

Запахом немолкнущей травы,

Полноводьем, отдыхом в работе,

 

С каждым часом громче и свежей.

Вы его узнаете в полёте

Небо отвергающих стрижей,

В бликах молний и в гуденье стёкол,

В цвете неба, в сухости ракит,

Даже в том, как торопливо сокол

Мимо ваших окон пролетит.

 

1938

 

 

 

АВГУСТ

 

Я полюбил весомые слова,

Просторный август, бабочку на раме

И сон в саду, где падает трава

К моим ногам неровными рядами.

 

Лежать в траве, желтеющей у вишен,

У низких яблонь, где-то у воды,

Смотреть в листву прозрачную

И слышать,

Как рядом глухо падают плоды.

 

Не потому ль, что тени не хватало,

Казалось мне, вселенная мала?

Движения замедленны и вялы,

Во рту иссохло. Губы как зола.

 

Куда девать сгорающее тело?

Ближайший омут светел и глубок.

Пока трава на солнце не сгорела,

Войти в него всем телом до предела

И ощутить подошвами песок!

 

И в первый раз почувствовать так близко

Прохладное спасительное дно.

Вот так, храня стремление одно,

Вползают в землю щупальцами корни,

 

Питая щедро алчные плоды, —

А жизнь идёт, — всё глубже и упорней

Стремление пробиться до воды,

До тех границ соседнего оврага,

Где в изобилье, с запахами вин,

Как древний сок, живительная влага

Ключами бьёт из почвенных глубин.

 

Полдневный зной под яблонями тает

На сизых листьях тёплой лебеды.

И слышу я, как мир произрастает

Из первозданной матери — воды.

 

1939

 

 

 

*  *  *

 

Заснуть. Застыть.

И в этой стыни

смотреть сквозь сонные скачки

в твои холодные, пустые,

кошачьи серые зрачки.

 

В бреду, в наплыве идиотства,

глядя в привычный профиль твой,

искать желаемого сходства

с той. Позабытой. Озорной.

 

И знать, что мы с тобою врозь

прошли полжизни

тьмой и светом

сквозь сон ночей, весны —

и сквозь

неодолимый запах лета.

 

И всё ж любить тебя,

как любят

глухие приступы тоски, —

как потерявший чувство красок

любил безумный,

страшный Врубель

свои нелепые мазки.

 

1938

 

 

 

ПОСЛЕ ЛИВНЯ

 

Когда подумать бы могли вы,

Что, выйдя к лесу за столбы,

В траву и пни ударит ливень,

А через час пойдут грибы?

И стало б видно вам отселе,

Лишь только ветви отвести,

Когда пойдет слепая зелень

Как в лихорадке лес трясти.

Такая будет благодать

Для всякой твари! Даже птицам

Вдруг не захочется летать,

Когда кругом трава дымится,

И каждый штрих непостоянен,

И лишь позднее — тишина...

Так ливень шёл, смещая грани,

Меняя краски и тона.

Размыты камни. Словно бивни,

Торчат они, их мучит зуд;

А по земле, размытой ливнем,

Жуки глазастые ползут.

А детвора в косоворотках

Бежит по лужам звонким, где,

Кружась, плывёт в бумажных лодках

Пристрастье детское к воде.

Горит земля, и пахнет чаща

Дымящим пухом голубей,

И в окна входит мир, кипящий

Зелёным зельем тополей.

Вот так и хочется забыться,

Оставить книги, выйти в день

И, заложив углом страницу,

Пройтись босому по воде.

А после — дома, за столом,

Сверкая золотом оправы

Очков, рассказывать о том,

Как ливни ходят напролом,

Не разбирая, где канавы.

 

1939

 

 

 

*  *  *

 

Мне только б жить и видеть росчерк грубый

Твоих бровей. И пережить тот суд,

Когда глаза солгут твои, а губы

Чужое имя вслух произнесут.

Уйди. Но так, чтоб я тебя не слышал,

Не видел... Чтобы, близким не грубя,

Я дальше жил и подымался выше,

Как будто вовсе не было тебя.

 

1939

 

 

 

*  *  *

 

Я не знаю, у какой заставы

Вдруг умолкну в завтрашнем бою,

Не коснувшись опоздавшей славы,

Для которой песни я пою.

Ширь России, дали Украины,

Умирая, вспомню... и опять —

Женщину, которую у тына

Так и не посмел поцеловать.

 

1940

Источник

культура искусство литература поэзия поэзия стихи Антология русского лиризма. ХХ век, русский лиризм, Николай Майоров, студия Александра Васина-Макарова
Facebook Share
Отправить жалобу
ДРУГИЕ ПУБЛИКАЦИИ АВТОРА