Опубликовано: 04 января 2015 14:08

Родственники. По мотивам объективной реальности (2001 год)

За окном машины проносилась бескрайняя заснеженная степь. Слепящее солнце играло на крутых склонах Улытауских сопок. Извилистая, покрытая заледенелым асфальтом дорога, то пропадала за поворотом, то появлялась сразу вся до горизонта в тот момент, когда машина взбиралась на очередную сопку. Яркое синее небо было совершенно чистым, как будто сухой мороз высушил все облака и высыпал в виде снежной пудры на землю. Самет лениво развалился в водительском кресле. В машине было жарко, во всю работала печка, играла музыка. Самет снял шапку и бросил её на заднее сиденье, сзади раздался женский смех. Он улыбнулся и посмотрел на свою соседку, которая сидела справа на переднем сиденье. Женщина щурила глаза от яркого солнца, дублёнка расстёгнута, свитер обтягивает высокую упругую грудь. Короткая юбка до половины бёдер открывает ноги. Самет почувствовал, как по телу растекается тайная сладостная нега. Нет ничего прекраснее желания, которое может быть удовлетворено в ближайшее время.

Он сильнее надавил на газ. У Самета в запасе оставалось чуть более полутора суток, по истечении которых он обязан вернуться домой, к своей жене и троим детям. По официальной версии он должен был отвезти своего брата к нему домой, в посёлок Сары-Кенгир, после чего вернуться самому. Они вместе гуляли на свадьбе своей племянницы в Улытау. Самет принимал определённое участие в организации и проведении торжества. Четыре дня он мотался по аулам, привозил мясо и многочисленных родственников. На праздник съехалось много, даже по меркам казахской свадьбы, народу. Той длился уже второй день, весь посёлок гудел как улей. Аксакалы начали терять бдительность, чем успешно воспользовались молодые джигиты. Одним из таких «молодых» был и Самет. По завершении основной части празднества он договорился с братом о возможности ещё сутки погулять без жён у своего шурина в Руднике. У шурина жена уехала с детьми погостить к сестре на неделю, всё складывалось как нельзя лучше. Нашлись и две подруги. Они тоже гостили на свадьбе и являлись дальними родственницами жениха и были не прочь повеселиться с чужими мужчинами, теперь уже своими родственниками. Их надо было отвезти в Жезказган, то есть почти по дороге. В машину погрузили водку, закуску, женщин и поехали отдыхать дальше.

Они уже проехали половину пути, и ещё оставалось около часа дороги. Горячее солнце грело сквозь лобовое, и казалось, что в степи сейчас тепло. Самет игриво трепал соседку, иногда ему удавалось обхватить её за талию и притянуть к себе. Она громко смеялась и кричала, чтобы он следил за дорогой. Брат Ермек на заднем сиденье регулярно наливал всем водки и раздавал маринованные огурцы из литровой банки. Чтобы достать их, он переворачивал её вверх дном и смешно тряс, лицо у него в этот момент было серьёзным и сосредоточенным. Самет наблюдал за ним в зеркале заднего вида и очень веселился. Когда Ермеку удавалось таки извлечь очередной огурец, его лицо смягчалось, а когда кто-нибудь съедал этот огурец, Ермек широко улыбался. Скоро Самет увидел, что его брат уже целуется со своей соседкой. Самет покосился на свою соседку и подумал, что ему вести машину ещё около часа, а целоваться за рулём просто не серьёзно.

Мимо проносились дома посёлка Жезды. Самет увидел на обочине дорожного полицейского, гаишника по старому. Это оказался его давний знакомый. Самет посигналил ему. Рядом со знакомым стоял ещё один полицейский, незнакомый. В этот момент раздался голос Ермека:

– Самет, у нас кончилась водка!– Ермек тряс пустой бутылкой. – И закуска кончается!

– Сейчас достанем! – ответил Самет.

Он затормозил машину, проехав метров сто от полицейских. Оставшийся НЗ (закуска и водка) лежали в багажнике. Самет открыл дверь и вышел. Только теперь он почувствовал, насколько пьян. В лицо ударил морозный степной ветер, залетел под полушубок, распахнул полы. Самет покачнулся. Держась за автомобиль, он неверными шагами добрался до багажника, потянулся к замку. Всё бы ничего, но Самет не учёл коварный гололёд. Его ноги скользнули в сторону, и он упал на дорогу. Отполированный заледенелый асфальт обжог левую щеку. Самет увидел днище своего жигулёнка, жёлтые сосульки на выхлопной  трубе. Ругаясь на русском и на казахском одновременно он попытался подняться, но руки разъезжались на льду, а о ногах нечего было и говорить. Тогда он начал искать за что бы можно ухватиться на машине, но пальцы не находили надёжной опоры. При помощи бампера ему удавалось приподниматься и становиться на колени, в этом положении он шарил руками по крышке багажника, начинал подниматься дальше, но руки скользили по машине, и он снова падал. В борьбе со стихией Самет не заметил, как к нему подошли полицейские.

– Что случилось? – спросил один из них, его знакомый.

Самет перевернулся на спину и посмотрел на полицейского. Вот кто может помочь.

– Салем, Балтабай! Ты видишь, так скользко, что я не могу подняться. Открой багажник, чтобы я мог уцепиться за его края.

– Э-э, да ты пьяный! Как ты можешь ехать в таком состоянии?! – сказал незнакомый полицейский, – Где твои права, чья машина?

Самет перевёл взгляд на этого незнакомого. Тот наклонился над ним, воротник бушлата поднят, из под шапки смотрит злыми глазами, что за странный человек?

– Э, зачем кричишь? Какой я пьяный? Помоги лучше подняться! Балтабай, что это за человек?

Балтабай молча поднял Самета на ноги. Самета качнуло порывом ветра. Балтабай схватил его за локоть и не отпускал. В этот момент открылась дверца машины, музыка заиграла громче, из машины выпал Ермек.

– Они все пьяные, на ногах не стоят! – сказал незнакомый полицейский, – Давай их в машину на экспертизу.

– Какая экспертиза?! Мы со свадьбы едем домой! Убери руки! Я налоги плачу, чтобы вы все были сытые, кормлю вас! Уйди шайтан! – Самет начал отбиваться от полицейских и снова упал. Его засунули в полицейскую машину. В машину Самета сел Балтабай. Все поехали в Жезды на экспертизу.

Самет просто ошалел от злости, порывался открыть дверь машины на ходу. Полицейский тоже разозлился не на шутку и погрозил застегнуть наручники, если тот не успокоится. Самет притих. Когда они подъехали к больнице, Самет попытался дать полицейскому денег, но тот уже пошёл на принцип. Балтабай тихо сказал ему, что полицейский этот из Жезказгана, что он, Балтабай, помочь ему не может. Очумелый Ермек вообще не мог ничего понять. Он глупо улыбался, и всё пытался что-то объяснить Балтабаю про женщин, какие они «золотые». Всю троицу под охраной Балтабая оставили в машине. Другой полицейский повёл Самета в здание. 

В кабинете врача местной больницы было жарко, стоял неприятный больничный запах. Самет почувствовал себя нехорошо. Ему действительно стало плохо, обида захлестнула его полностью. Довольно долго пришлось кого-то ждать. Затем зашёл человек в белом халате. Полицейский стал ему раздражённо объяснять ситуацию, тот качал головой. Потом вошла молодая женщина, тоже в халате. Самет внимательно посмотрел на вошедшую. Да это же Айгуль! Его родственница по линии отца.

–       Здравствуй Айгуль! – обратился к ней Самет, – Узнаёшь меня?

–        Ой-бай, Самет! Здравствуй, а ты что здесь делаешь? Что у вас такое происходит? – Айгуль удивленно смотрела на Самета.

–       Да вот со свадьбы едем домой. Почему вас в Улытау не было?

–       Серик мой заболел, поехать не смог. Мы передали подарки через мою младшую сестру Гульмиру

–       А-а, я разговаривал с её мужем. Хороший парень.

–       Да, хороший. А почему так рано едете со свадьбы?

–       Много работы, Айгуль.– Самет принял важный вид, – Надолго с участка не отпускают.

–       Понятно. – Айгуль подошла ближе. – Самет, вас остановили эти полицейские?

–       Да, они говорят, что я пьяный. – Самет заговорил тихо, – Конечно, мы немного с запахом, со свадьбы же едем! А он права отобрал, привёз сюда, а мне ехать надо! У меня дел много, людей надо отвезти домой, на работу успеть! Айгуль, поговори с врачом, помоги.

–       Я пойду, попробую, – Айгуль вышла из кабинета.

Люди заходили и выходили из кабинета. Полицейский был настроен очень серьёзно.

Скоро пришла Айгуль с прибором для определения алкоголя. Самет начал дышать в него. Прибор ничего не показывал. Врач стоял с невозмутимым лицом и молчал. Полицейский посинел от злости.

– У вас прибор неисправный! Видно, что водитель пьяный, на ногах еле стоит! Ты у меня никуда не поедешь!

Самет вдруг зло вперился взглядом в этого блюстителя закона и начал кричать.

– Как ты не можешь понять, что это может быть болезнь! Что я не пьяный! Да у меня сердце больное! Мне плохо, у меня приступ, прибор не показывает алкоголь, я трезвый! Вы мне все ответите за произвол, грабители. У меня дядя начальник увэдэ Города!!! Я сейчас позвоню ему! Где телефон?!

Спектакль продолжался ещё недолго. Медики не выполняли свои обязанности, спокойно входили и выходили из кабинета по каким-то делам. Полицейский куда-то выбежал с угрозами, что не отдаст права. Потом пришёл Балтабай и прошептал Самету, что за тысячу тенге вопрос решится положительно. Самет отдал деньги. Через десять минут ему принесли права. Самет поблагодарил Айгуль, пригласил её в гости в Сатпаев на Наурыз и пошёл к машине.

Напуганный Ермек обрадовался возвращению водителя как ребёнок. Самет достал бутылку водки и бутылку тархуна из багажника, передал Ермеку. Стресс надо побороть, успокоиться. Бороться с последствиями стресса решили чуть отъехав от посёлка. Коктейль кочевника помог сразу, сладкая истома вновь овладела уставшими путниками, мандраж и злость улетучились, теперь можно двигаться дальше.

 Вскоре жигулёнок скрылся за поворотом. Солнце весело играло на ледяных склонах сопок. Дорога снова опустела, и только ветер продолжал гонять по ней снежные змейки.  

культура искусство литература проза проза Этно
Facebook Share
Отправить жалобу
ДРУГИЕ ПУБЛИКАЦИИ АВТОРА