Опубликовано: 29 января 18:23

Передовой опыт. Камчатские рассказы.

07.Ю.В.01

 

Как передавали передовой опыт.

(взгляд со стороны Казака)

 

Это были времена, когда на рейде  в бухте Крашенинникова  стояли Чумикан и Чажма, а у  Дальнего причала в Тарье  Сибирь, Спасск, Сахалин и Чукотка. Экспедиция кораблей измерительного комплекса активно трудилась, в основном в районе Гавайских островов. Влючинск тогда в простонародье назывался Приморский, а в паспорте писалось просто: «Петропавловск-Камчатский-50».

Я тогда учился в  школе №1 и был достаточно внимательным, ко всем событиям, происходившим в нашем городе и его окрестностях.  В мае и июне мы с ребятами любили ходить на мыс Казак. Там быстро таял снег, были блиндажи и иные  интересные сооружения из бетона. И конечно, там было красиво, вид открывавшейся с этой точки на Авачинскую бухту  завораживал. Ещё, в отлив можно было попытаться залезть на скалу отдельно стоящую от мыса.

Периодически под погрузку-выгрузку ракет  на Дальний пирс приходили подводные лодки. Тогда ставили охранное оцепление. Теоретически, проход на мыс Казак тогда был закрыт,  но практически мы легко проползали мимо скучающих матросов.  Некоторые из неудачников, попадавшиеся им просто объясняли, зачем им надо на Казак: «Уже 15 человек прошло, как же они без нас? Волноваться будут!». Матросы вздыхали и пропускали неудачников.  И секретность соблюдалась, и дети были довольны. Правда, часто снимки фотоаппаратов «Смена-8М» фиксировали сверхсекретные ракеты и подводные лодки.   Но это же было фотоискусство! Тем более, дальше семейных фотоальбомов оно никуда не попадало. Не было в те времена интернета, совсем не было!

Иногда на Дальнем пирсе выли сирены и матросы-вестовые бежали по домам морских офицеров, срочно вызывая их на корабли, стоящие у стенки. Все знали, что это обычно какое-нибудь ЧП. Или учения. Что-то типа того, что при погрузке-выгрузке нарушена герметичность топливных баков ракет. Ракеты были хорошие, межконтинентальные, оснащённые ядерными боеголовками. А вот топливо состояло из окислителя и восстановителя. При их случайном соединении вне двигателя ракеты возникал взрыв.  Если бы такой взрыв случился  на Дальнем пирсе, то Дальнего пирса точно бы не было, а была бы большая воронка. Но она бы точно сразу же наполнилась морской водой.  А ядерного взрыва бы не было. Боеголовки потом отдельно крепились на ракеты. Так что мы, ребята, особо не волновались за судьбу нашего славного городка. Ну, взрывной волной выбило бы стёкла, но ядерное заражение не грозило! Твердотопливных баллистических ракет на подводных лодках в те времена не было. А с жидкостными всегда много суеты.

 Очень сильно волновались жёны тех морских офицеров, чьи корабли стояли у причала. И ещё очень волновалось  военное руководство  экспедиции. Потеря кораблей, как и потери личного состава, не входили в планы карьерного роста офицеров. Для  прекращения волнения их и было придумано выводить корабли от пирса на рейд. Срочно, при первой же опасности. Для этих целей и бегали вестовые матросы по Приморскому, собирая экипажи на борт кораблей.

Жизнь морского офицера служащего на корабле стоящем на рейде гораздо хуже, чем у офицера, чей корабль у стенки.  Это все знают.  И тому есть тысячи причин. Никто не  хочет   на рейд!

А  пока бегали по городу перепуганные вестовые, обычные матросы срочной службы,  на Дальнем пирсе профессионалы ликвидировали ЧП.  Усиливали оцепление, гнали машины с дезактиваторами этих самых окислителей-восстановителей. Ведь была кроме угрозы взрыва ещё  одна проблема – топливо было очень токсично. И если не взорвёшься, то отравишься!

А этой весной почти три месяца корабли провели у Гавайских островов. И день-другой только, как прибыли домой.  Количество сильно загорелых южным загаром лиц резко прибавилось на улицах Приморского.  В марте-апреле-мае и у многих жителей Приморского был шикарный загар, ведь весной, катаясь на лыжах, можно очень хорошо загореть. Но не южный загар! Южный – особый шик.

У нас дома был какой-то праздник, суббота, вечер. Была смешанная компания, из военных  сидели два  хорошо загоревших  южным загаром и два очень белых. Старпом «Сахалина», штурман «Сибири»  а два командира подводных лодок. Все только что прибыли из похода. Может, это событие и отмечали.  И, тут, прибежал вестовой к старпому. Всё было ясно, праздник ему и штурману испорчен. Но не тут-то было. Штурман никуда идти не собирался.  

-Мы котлы ремонтируем. – гордо завил штурман.- Завтра съезжу, посмотрю.

-Везёт вам, - сказал старпом.

Жена старпома заметно начала нервничать, он выпил рюмку «на посошок»  и отправился на службу.

Мы же с ребятами  на следующий день пошли на Казак.  Суета у лодки продолжалась, значит, было что-то серьёзное.  Одна-одинёхонька стояла «Сибирь» у стенки.  Но оцепление мы прошли. Когда вернулись вечером обратно, суеты не было. И «Сибирь» стояла всё  так же одна ещё три дня.

В следующую субботу собрались всё те же лица, но уже по какому-то другому поводу. И надо же, всё повторилось. Опять вестовые. Правда старпом был весел, просил не расходиться без него и, через два часа, вернулся.

-Мы тоже котлы теперь ремонтируем, - весело сообщил старпом.

-Когда успели? – Удивился штурман.

-Вчера начали. Но чтобы собрать обратно, нужна неделя. Контролировать ход работ ездил, инструктировал, что бы быстрее работали.

-Молодцы!

После этого выпили «За котлы». На следующий день  мы опять ходили на Казак. У стенки стояло два корабля. Остальные – на рейде.  А суеты, и даже подводной лодки  на погрузку-выгрузку не было, и оцепления не было. А корабли три дня опять провели на рейде.

Следующее воскресенье мы пытались попасть на Казак. Но оцепление было сильным, нас не пустили, честно сказали, что ЧП.  И  им наши жизни дороги. Носились как ненормальные машины с дезактиватором, и вообще, было как-то тревожно. А у причала стояло  уже три корабля. «Чукотка», видимо тоже, решила ремонтировать котлы. Передовой опыт быстро распространялся. Тем более, скоро предстоял новый поход, снятие телеметрической информации у берегов Гавайских островов. И терять драгоценные часы на рейде никто не хотел.

 Может быть, командование перестраховывалось, а, может быть, и нет. Но, на моей памяти, так ничего не взорвалось и никто особо не отравился. И эти самые котлы не подводили в походах. Усиленная  профилактика работоспособности этих котлов давала свои положительные плоды.  Эти корабли славно поработали на благо отечества.  Хотя «Спасск», не замеченный мною в тот раз в этом славном перенимании передового опыта, ходил дольше всех. А может, я просто не всё знаю. Ведь это только мой взгляд со стороны  мыса Казак

Источник

культура искусство литература проза проза
Facebook Share
Отправить жалобу
ДРУГИЕ ПУБЛИКАЦИИ АВТОРА