Опубликовано: 17 мая 2018 17:09

Рассказ старого хрыча Часть 1 Гл. 10 - 12

Я ПОДАРЮ ВАМ РАЙ 

Глава 10

 

Я смутно  помню,  в каком состоянии уложили меня на койку, но неплохо припоминаю свой бред, еле улавливающий свои и чужие слова.

 

-Пятница! – прозвучал мой  не очень–то  разумный голос, - Пятница!.. Пятница!..

 

-Сегодня вторник, дорогой, спите-спите! –  услышал я женский голос, потом  она шепнула к собеседнице: - в пятницу он обещал выйти на работу, в  которой устроился  недавно, чтобы вращаться среди людей, чем дома с духами. Бредит, бедняга.

 

В тумане я увидел маму соседа по койке мужчину и зацепился  к её рукам, пытаясь что-то ей объяснить, но она остановила:

 

-Успокойтесь! Нельзя вам  сейчас разговаривать, а в пятницу обязательно вас  отпустят.

 

-Мужчина!  Правда ли, что за вами дома ухаживает  соседка?  –  прибегая,  спросила одна пышная медсестра.

 

-Не надо  его  беспокоить, милая! –  женщина возразила непонятливой медсестре.

 

-Я только спрашиваю:  есть ли у него соседка, такая молоденькая и красивенькая? – она впритык  поставила  ко мне круглое своё лицо, –  мужчина!.. мужчина!  Лейла вам знакома?

 

-Лейла???  А... а, где она?!

 

-Она стоит в коридоре,  и  врывается сюда.

 

-Не надо… не надо… не надо её  пускать сюда! –  я испуганно прохрипел и начал вставать с постели.

 

Люди разбушевались, и бросились на меня. Я прогнал их в сторону и как-нибудь  сам добрался  до умывальника: отхаркался густой кровью, слегка умылся, и обратно пошёл; потом остановился на минутку и оглянулся по сторонам: люди кричали, что  я упаду.  Но я дошёл до постели без их помощи,  посмотрел на них как герой, и снова лёг.  Посетители  тоже сели по местам. Когда я успокоился - шёпотом они начали разговаривать:

 

-Бедный.  На том свете побывал. Говорят, что  сам профессор его откачал.

 

-А ещё говорят, что у него нет никого, поэтому соседка пришла, которой в бреду повторял  он её имя.

 

-Медсестра сказала, что она  его любовница, а внучка годится. Позор!

 

-Что тут такого? В молодости все мы тянемся к взрослым, а на старости - молодым, - посмеялась одна  больно ухоженная посетительница в возрасте.

 

-Нет. Он наверно её ненавидит, а она все равно пришла. Вот в чём дело. Видели  вы его глаза, какой  был злой, когда  услышал её имя?

 

-Ну, наверно довела его колдовством, а скоро отберёт  квартиру, как воду пить.

 

-Поголовно все сходят с ума, после исчезновение советской власти. Что тут скажешь - современная молодёжь!

 

-Все вы – лжёте!  Не трогайте её, Аллах вас не простит! – я поднял голову.

 

-Успокойтесь, дорогой! Под наркозом, что только не бывает. Вот мой сын - невинную медсестру, извините, пошлостью «покрыл», и целоваться полезь. Представляете? А вы - интеллигентно поругали.  Молодец!  Все будет хорошо.

 

-Я не хочу ничего «хорошего»,… зачем профессор меня откачал?!

 

-Успокойтесь! Скоро  пройдёт наркоз, и снова будете радоваться  жизни...

 

-И радоваться  не хочу...  хочу к тёще...

 

-У вас есть тёща?! ... а  мы-то  думали... извините... вы так любите свою тёщу?  Как это похвально!

 

-Аллах мне дал шанс, мы с ней ещё не договорились.  Я хочу к ней… к ней я хочу...

 

-Врача! Он совсем не знает, о чём  болтает,  – раздражённо закричала женщина.

 

-Ваша Лейла, оставила вам бутылку кефира и творога, – снова вернулась та самая пышная медсестра, – я на тумбочку положу. Она завтра ещё придёт. Вы слышите меня?.. Мужчина!..  Кефира надо согревать, прежде чем пить. Положите на батарею, будет тёпленький.  Поняли вы, мужчина? Мужчина! Ладно, я сама…

 

 

 

Глава 11

 

И на самом деле Лейла навестила меня  и  на следующий день: она поставила  необходимые  лекарства на тумбочку и присела рядом со мной на койку.

 

-Как вы больной себя чувствуете? -  спросила она и нежно приложила  руку на мою грудь, - так нельзя поступать с близкими людьми, надо было бить на все колокола!

 

Я взял её руку и молча  прижал к себе лицу. Она ещё раз меня  поругала и заодно  сообщила о своём телефонном разговоре с моей семьёй. «Все вас любят, а вы…»  -  добавила ещё.

 

Я не обращал внимания на её слова, а пропускал мимо своих  ушей. Она замолчала.

 

-Какая же ты умница, что пришла, -  я втянуть её  к разговору, а сам сиял.

 

-У вас все хорошо? – улыбнулась она.

 

-Нормально.  Только голова ещё в бреду, что сам себе противен. Даже стыдно.

 

-А как вы ещё хотели? Прямо как мальчишка. Ладно, я пойду, но ещё  приду…

 

Как только  она ушла, поспешна, я сразу  же уснул и погрузился в глубокий сон. Во сне я очутился  в продолжение  своих приключений. Но теперь  летала сама Лейла. Летала она прямо  к солнцу, а возвращалась горячей, как оно же - и снова  исчезала: то вдалеке, то  рядом со мной летая, она сближалась  ко мне осторожно, чтоб ни обжечь. А огромное небесное  пространство заполнялось только нами над  Землёй, и в точности припоминало картину «Сотворение мира» Микеланджело.  «Хоть кто-то  тут есть живое?» -  спрашиваю я. И вдруг  потопали  чьи-то  каблучки, будто по моим ушам, … топали они  и топали, потом  слышу голос: «Больной, пожалуйста,  чуть-чуть  приподнимите  штаны!»  Открываю глаза – вижу, улыбающейся  медсестру со шприцом… 

 

После такого сна я лежал на редкость умилённый и не отвечал на вопросы людей земных. Только при обходе профессора  слегка я откровенничал, что  ещё раз  готов я заболеть и лечь под его скальпель и проснуться от такого же сна и спокойно умереть. Профессор  нахмурился и сказал, что  мол: ещё я не отошёл  от наркоза и тут же подозрительно вызвал медсестру и назначил  немедленный  укол.  Она сказала, что недавно делала эту процедуру, а профессор приказал: «Повторять!»  Ещё добавил, что он потратил сколько сил, чтобы вытащить меня с того света и пробурчал, что я не старик, а семилетний ребёнок. "Вы ошибаетесь, уважаемый профессор! - я улыбнулся, -  я чувствую  себя теперь, как сорокалетний мужчина в рассвете сил. Дай вам бог долгой лет жизни!"  Он посмотрел на меня без слов, а потом - отменил укол. И пошёл. Но издали повторил несколько раз свой  острый,  но сомневающийся  взгляд  в здоровье своего пациента  теперь с головой.

 

    

 

Глава 12

 

В тот день в палате я оставался один, который ещё не выписался, когда появилась Лейла. При общении с ней всячески я воздержался от лишних разговоров, подобия  сна и прочих, чтобы  нечаянно ни приносил ей огорчение. Лучше я рассказал ей коротко о том, как сам справился  с солением капусты.  Она  слушала и смеялась от души. И как-то  мы незаметно переключились к семейным темам: тут она сразу погрустнела, но рассказала о том, что ей  не везёт  с мужчинами и всегда наступает  на одни  и те же грабли. Она с горечью  вспомнила и то, что её последний муж как руки поднимал на неё, а теперь  живёт он - с молоденькой женщиной. Она сидела - еле удерживая  слезы, наперекор к моим убеждениям о её счастливой семейной жизни.

 

Пока я тут подумал, как разрядить обстановку  -   во время  прозвучала на эфире песня Аллы Пугачёвой «Миллион роз» из соседней палаты. Я встал с постели, поправил бинтом завязанное горло как галстук, выпрямил свою осанку и с хриплым голосом спросил робко:

 

-Мадам…, когда вас приглашали мужчины на вальс?

 

-Не помню, – она широко раскрыла глаза, и чуть было не расхохоталась.

 

-Вы мне позволите?

 

Сначала она резко возмутилась, но потом подала  нежную  ручку. И мы кружились  в пустой палате вдвоём – будто снова в раю.  Меня охватило полное  безрассудство: «Нет, я отказываюсь ложиться снова под нож профессора и умереть!» - твердил я себе, легко забывая недавно пережитое  в аду и своё обещание к самому Всевышнему.

 

-Вы  решили мою  голову закрутить?

 

Сбрасывая голову назад, она кружилась легкомысленно на моих руках, как на бале со своим сверстником - даже не интересуясь ответом  на свой  вопрос -  просто  потеряла  контроль  над собой.

 

Вскоре закончилась песня. Мы присели растерянно на койку, как два голубка, и мила обменялись нежными  взглядами. А затем, взяв себя в руки – дружно расхохотались -  вполне осознавая, что наш  поступок, так или иначе, совершилось  по обоюдному благоразумию… 

 

После небольшой паузы она оставила минута счастья назад,  выпрямилась,  а заодно  продемонстрировала  очаровательную свою особую улыбку: её наполненное сердце  билось всё чаще и чаще.

 

-А вы разве больной? – с добродушной улыбкой  спросила она.

 

-Вроде бы да, а вроде бы и нет, - хитро я улыбнулся.

 

-Про такого хулигана никогда  от подруги я не слышала. Я прямо в шоке!

 

-Это ещё ягодки, дорогая! А вот когда я вылечусь…

 

-Не надо меня пугать, дядя Омар! Я боюсь мужчин…

 

-И меня?!..

 

-Поэтому и говорю – а вдруг и вас потеряю?  Ладно, не будем. Лучше  скажите мне, пожалуйста, а какая причина вашей болезни?

 

-Причина?..  причина, конечно же, это ты…

 

-Я??!

 

Она даже не спросила: почему виновата перед вами?  Но во взгляде содержалось  достаточно объёмный ответ на ожидаемый мною вопрос:

 

«Ну, что же дядя Омар, если уж так, то я не буду больше причиной, ещё какой ни будь  вашей  болезни. И все же интересно: в чем  же я провинилась перед вами? … а может быть ...  нет-нет,  да вы старый человек, чтоб  влюбляться, к тому же у вас замечательная  семья: любимая жена, дети, внуки – давно  уже состоявшиеся счастливая жизнь. Или я ошибаюсь? Ах, да, какая же я глупая! Вы меня выбрали для временного развлечения и каким-то образом сами же пострадали? Ведь я  к вам оказывала всего лишь  знак уважения как подруга вашей жены, а вы - надумали воспользоваться  этим моментом? Не хорошо, дядя  Омар. Мама оказалась права: вы - как все!..»

 

-Я пойду? – едва  прозвучал её неуверенный голос.

 

-Лейлушка, я тебе сейчас всё объясню... всё объясню, только  подожди, ... у  меня ужасно болит голова...

 

-Вы ложитесь, я пойду сама!

 

-Нет-нет… не надо... подожди…

 

Крепко прижимая иголкой  колющий свой затылок,  шёл я  с ней по коридору  больницы, не понимая, что сам говорю. Через секунды, она спустилась с лестницы и неожиданно молча ушла несвойственно ей манере. Я только хотел бежать за ней, но она шла обратно: поцеловав  меня в щёки, снова  пошла молча.

  

Я поспешил быстрее попасть в палату, чтобы поговорить с ней через окно, но в коридоре закружилась голова.  Я на миг остановился:  она кружилась со мной вместе в тумане  под музыки вальса, … а музыка ещё громче… я  как-то упал, … встал,  вошёл  в палату, и бросился  к окну: лицо  прижалось об стекло.

   

Вдалеке за окном медленно исчезал стройный  её силуэт…

 

 Конец первой части

Продолжение следует...

культура искусство литература проза проза
Facebook Share
Отправить жалобу
ДРУГИЕ ПУБЛИКАЦИИ АВТОРА