Опубликовано: 20 мая 2018 08:22

Рассказ старого хрыча. Часть 3. Гл. 9 -11

А  КОГДА ЗА  ОКНОМ  ПОЛНОЛУНИЯ…

Глава 9

После той встречи, ещё несколько раз пообещала она по телефону зайти ко мне, но  многими предлогами больше не приходила. Я знал, что она меня обманывает, но ничего  я не мог с этим поделать, а полгода  пролежал в тоске, будто меня подменили. О чем я думал за это время и как жил – перед вами мне стыдно признаться о своей беспомощности и не приспособленности к жизни. Тем более я был не самый слабым духом человек, но это было когда? Тем не менее, я недавно был совершенно адекватным человеком и сполна отвечал за себя. Но сейчас, я не знал, что скоро настигнет тот день, и тогда  меня легко согнёт  моё проклятое одиночество, которое, по сути, пропитано вся моя квартира…

 

Вот и прошло  ещё три  месяца. Луна показала ещё разок своё  лучезарное полное личико, а Лейлы всё нет и нет…

 

Кругом было все также.  Только я существовал теперь там, где нет той надоевшей суеты жизни, а со мной в постоянстве вжилась собственное чувство  никому ненужность. В угнетении совести, я уже не ходил на работу. А работники однажды пришли на мою похоронку по ошибки, но потом я был уволен. Да, я лишился зарабатывать на краски, но ещё соображал, что надо беречь их остаток на всякий случай, чтобы  реализовать свою  последую   мечту по убедительной просьбе шайтана, который стал нынче крепким, а может и коварным другом моим. Ведь кто-то  должен  был украсить мой дом своим присутствием, а кто же ещё, если не он?  Кстати: сейчас давно стучать в дверь, а мне лень встать с места после такой солёненькой закуски…

 

Когда мой лакей  открыл дверь, я тут же  вспомнил что-то и встал, как суслик из норы: посмотрел на дневное безоблачное  небо и с удивлением  побежал к двери - авось пришла Лейла!.. 

 

-Здравствуйте!  У вас есть тараканы?..  есть или нет? Отвечайте же,   – там какая-то женщина подставила  свои раскрашенные толстые губы ближе ко мне на ухо, и крикнула, как из рупора: - я  из санэпидстанции, вы меня слышите?! 

 

-Тараканы?  

 

-Да.

 

-Уничтожать?

 

-Да.

 

-В живую?

 

-Вы больной, что ли?

 

-Нет  их...

 

-У всех соседей есть, а почему у вас нет?!

 

-Брезгуют.

 

Женщина наплевала на чистый подъезд дома и ушла.

 

Я пошёл на кухню и присел,  положил  подбородок на ладони  у окна, и гордо почувствовал себя «Мыслителем»  Родена, но в голове никаких мыслей, а на улице проходит старший сын Лейлы: от него я узнал, что его мама  болеет, а лежит дома.

 

 

Глава 10

 

Я тут же сходил на базар – и уже стоял с пакетом у двери Лейлы. Дверь открыла её мама, но я не понял, откуда меня узнала.

 

-Вы из помойки? – спросила она, глядя на меня с ног до головы, - зачем вы пришли, ещё выпивший?

 

По её глазам было видно: либо она знает про меня  всё, либо её раздражает мой внешний вид.  Наверно я выглядел неряшливым, поэтому  я решил быстрее избавиться от пакета и уйти от позора.

 

-Передайте, пожалуйста,  Лейле! – я протянул ей пакет. 

 

-Вы старше меня на двенадцать лет, как и ваша жена, а бегаете за молодыми. Не стыдно вам? Оставьте  вы мою дочь в покое! Хотя бы на себя посмотрели в зеркале. Убирайтесь вон! Больше  ноги ваши тут не видела! 

 

-Мама, перестань кричать, –  голос Лейлы  доносилось  из комнаты, - кто там?

 

-Сосед. Он уже ушёл.

 

Сразу я вышел на улицу с пакетом и невольно очутился за домом Лейлы.  Посмотрел я на открытое  её окно, а вокруг было безлюдно. Осторожно я поднялся через дерево на подоконник  третьего этажа. Не глядя вовнутрь  квартиры, я быстро положил пакет на подоконник и спустился обратно.

 

-Что  вы там положили, дедушка? – спросил, внизу стоящий  мальчик лет шести.

 

-Конфеты для друга, -  и вытащил из кармана конфетку, -  и тебя угощу. Только никому не говори! Пусть это будет наш с тобой общий  секрет. Хорошо?

 

-Понял.

 

-Молодец!

 

 

Глава 11

 

Неба плакала, когда я возвращался домой без настроения, а вернее  - весь униженный до предела.  Это невыносимо  мучительное состояние  продолжалось  ещё долго, а потом снова  начал  я болеть, когда  мама Лейлы уже совсем не думала отпускать  меня …

 

В наступившей чёрной полосы жизни,  я однажды  крутился в постели с высокой температурой - то на один бок, то на другой, и куда ни сложу горячую голову – прямо иголкой колола взгляд  её мамы. Меня снова окружал хоровод - как тогда в больнице, но на этот раз – во главе  стоял мой знакомый шайтан. Дышал я весьма тяжело, жизнь теряла  смысла, а развлекающая  чёрная компания  злорадно удовольствовала, пока я не застонал: «Отстаньте вы  от меня, чтоб  на том свете я вас видал!»  «В чём же тогда проблема? – обрадовались они,  -  иди в ванную, а то и женщинам от тебя одни  горя!»   Их  главарь припомнил мне и о том, как  я намеривался  утопить его в Московской  реке, дескать,  теперь мы ролями поменялись.  

 

-Включи воду! – он дал мне подзатыльник.

 

Тут зазвенел мой домашний телефон.  Шайтан подал мне трубку, заодно и лезвие.  И заявил: 

 

-Последнее твоё слово!

 

-Привет! Как ты там? - я услышал  голос больно знакомый. 

 

-Хорошо…

 

-Точно?

 

-Точно…

 

-А что с твоим голосом?

 

-Радость ты  моя, это ты??!  Всё хорошо … у меня всё хорошо!

 

-Не узнаю тебя.        

 

-Я ещё сплю, доченька.

 

-Тогда спи-спи, в другой раз я позвоню. Целую!

 

-Подожди, доченька! Я тебя очень-очень люблю!

 

-Я тебя тоже, пап!

 

Ванная  сразу очистилась от незваных гостей грязных. Я попил чай с мёдом и кажется, уснул. А дальше – я  просидел в клетке до утра у присяжных заседателей под их чёртово  правосудие, у которых-таки  отсутствовала  элементарная  логика, толком не зная своей вины. Вроде бы в деле фигурировала имя Лейлы и её мамы, но далеко была связка с обвиняемым в моём лице.  Поэтому я требовал от них  человеческого суда либо самого Всевышнего, как глас вопиющего в пустыне.  Они  тут же перевели судебный процесс из моей комнаты на небеса, чтобы  некому было пожаловаться. После  жестокого вердикта присяжный заседателей,  они  долго не тянули дело: отчитали сорок ударов  и сразу выбросили в жуткую бездну с бешеными криками …

 

Внезапно я выскочил с постели от криков кошек под своим окном, а на газе свистел  забытый мой чайник на весь голос. Я быстро выключил газ и встал перед  зеркалом, как бы таблетка противоядия для успокоения. Вроде бы я теперь выглядел  немного здоровее, наверняка взамен на склероз. Но только  очередных  ночей  я начал проводить  в бессоннице,  окунувшись в сладкую мечту: уехать отсюда пока  живой.  

 

 

Глава 12

 

Я представил себе облик  преобразовавшей далёкой  Москвы и вспомнил, что там живёт и моя душа, и моя семья. Я разговаривал со всеми  близкими  моими людьми по отдельности  виртуально, друзьями и не друзьями, а моя нелюбимая  Москва  сразу стала самым прекрасным городом мира, даже возле любимого Петера. До поздней ночи восхищаясь ими, и представляя себе их великолепные архитектурные  исторические  наследия, умилённо я подышал глубоко -  и снова  возвратился  в свой город, который стал  убогим: видя себя  лежачим в спальне одинокий,  не от радости я обнял подушку и прижал к себе груд…

 

Авось  передо мной светится сидячий женский силуэт - повёрнутый  ко мне спиной. Сидя на стуле, как статуя, она таинственно молчала.  Я вскакиваю  с постели,  ногтями делаю себе больно. Нет, это не бред. Глаза себе вытираю руками -  и гляжу в упор в её глаза. Вроде бы и не сон. Хорошенько разглядываю по сторонам: в темной комнате, зелено-жёлтый  свет Луны ярко освещало  загадочное её лицо. С лисьей улыбкой та тоже наблюдала взаимно  за мной.  Без каких-либо эмоций я спрашиваю: «Как ты вошла ко мне?»  Она подаёт голос:  «Я не могу же подняться по дерево на ваше окно, как вы ко мне, как обезьяна. И зачем мне это делать, когда вы дверь оставили,  открыта для меня?»  «Откуда ты узнала, что  я поднялся к тебе в окно?» - удивляюсь я. «Мой  маленький племянник заболтался и описал вас,  -  смеётся  она, - вы простите его, зато я встала с постели и вот, прилетела»  «Из каких звёзд?» «Какие  звёзды,  из соседнего двора, дядя Омар»  «Я так долго ждал тебя в адском мучении».  Обнимая её, я провожу  руками по её лицу и понимаю, что это сказка происходит в моей спальне наяву. Внезапно я возмущаюсь  в шоке, когда в реале озарила ясность сознаний:

 

-Милая!  Почему пришла ночью,  кому оставила  своих детей? 

 

-Не спрашивайте,  а лучше посмотрите хорошенько на небо!

 

За моим окном ярко сияла полная  серебристая Луна вся в своей красе!..

 

Я прибежал в ванную, хорошенько умылся и вернулся обратно: Лейла наблюдала за Луной. Потихоньку я подошёл к ней, чтоб не спугнуть невзначай свою птичку, не думая ни о чём я крепко  поцеловал  её. Она молчала. Я снял её верхнюю  одежду и повесил. Потом протянул ей ночной халат жены и покинул спальню, оставляя её в своём уюте.

 

Я подготовил в мастерской всё необходимые предметы для длительной ночной  работы. Даже кофе. Моя мастерская, наконец-то, ожила.  Когда она подошла ко мне в виде натурщицы в ночном  халате жены, я взял её за руку и посадил на приготовленное  для неё место, но не осмелился самому снять халат, а подождал, когда она сама позволит делать это себе. Я выключил свет, потом снова включил: её обнажённое тело  вся освещалась  золотистым цветом! 

 

-Моя очаровательная проказница - нет в мире ничего прекраснее тебя! 

 

-Не излишне ли вы насочиняете, Дядя Омар?

 

-Милая моя, как ты прекрасна! Я тебя знаю давно, лет двенадцать с лишним, и почти столько же лет жду это мгновение назло ко всем шайтанам. Но я не знал, что это чудо совершится в полнолуние. Я в восхищении!  

 

Я долго возился вокруг неё и искал самую выразительную точку пластики её тела для раскрытия  изящную  её фигуру и несколько раз её пересаживал. Она терпела.  Наконец, я  подошёл к открытому этюднику перед холстом, и без предварительной  рисунки начал я  смешивать краски  прямо на палитре, чтобы  результативно использовать  мало временим…

 

Вот и наступила долгая  ночная тишина. А Луна уже  скрывалась за моим домом, а где-то далеко было слышно кваканья лягушек и чириканья кузнечик, лай собак, когда я работал уже пару часом  у мольберта, забывая всё вокруг. Лейла отдыхала временами за каждый в полчаса, мило общаясь со мной.  Но внезапно погасло свет, когда уже почти я завершал картину. В квартире стало  совсем темно,  а хотя на небе ещё ясно виднелись звезды...

 

Я поставил кистей на мольберт, принёс несколько свечей, зажёг, потом дорисовал  с определёнными  изменениями освещения  света в картине. Теперь оставалось  последние мазки, а свеча догорала.  Я принёс другой - и снова  зажёг. Вызывал Лейлу.  Она не отзывалась. Не находя её нигде,  я застонал: «Лейла!.. Лейла!.. »

 

 

Глава 13

 

-Что ты горло рвёшь?

 

Вместо Лейлы  стояла передо мной смутное очертание  седоволосой женщины.  Её только глаза ясно светилась от свечей  в моей  магической квартире.

 

-Бедненький ты мой! Как ты постарел, а измученный, как выжатый лимон; а морщины как у бульдога, ноги - как у синички, а руки - как веточки. Понимаю:  заболел. Я сожалею.  Но мне дошли слухи, что ты живёшь с тараканами - эта правда?..  Ну и что соседи загнали, а для моей дочери не нашлось место дома?.. Как омерзительно!..  Да не смотри на меня так – не враг я тебе.  Ладно,  шайтан  с тобой,  доживай, как хочешь, какова бы она ни была,  – она закрыла тряпкой свежую  картину, потом грустно спросила: -  как там моя дочь?

 

-Плохо себе представляю. Она не хочет со мной разговаривать, а гоняет меня сюда, вы - туда, а сам – в пропасть.

 

-Ладно. Не держи зла на неё – отпусти -  и меня прости!

           

-Как это так?! Вы меня простили?.. Мама, мне не за что прощать вас и вашу дочь, я зол на себя.  Я всегда  старался изменить нашу жизнь на лучшую сторону, но,  к сожалению,  факт на лицо.  А однажды  я подумал как многие, что - временное проживания супруг на расстоянии - их укрепляет, сближает. Но снова я ошибся… Мама, зачем вы плачете?..  Люди, ссорятся – мирятся.  От этого никто не застрахован,  к сожалению, человеческие добрые слова становятся всё реже употребляться между людьми. Вот я на себе испытываю его губительное влияние.  Знайте, мама, впредь я  постараюсь  вспоминать о вас только хорошие, ведь  они были же. Например - как мы сидели с вами дома всей семьёй в сборе и как внуки вас обнимали, целовали, а вы их безумно баловали и так далее... Помните? А как мы вся семья  бывали иногда весёлыми, иногда самыми счастливыми  людьми на свете,  когда  радовались  мы по пустякам, а смеялись просто так, как дети ведут себя.  Теперь я понимаю, что дороже этого ничего нет! Да, возможно я виноват больше всех в семье, да, я лишил своих  близких  людей от такого простого счастья. Но я не хочу их терять так глупо, и впредь буду действовать…

 

-Не надо пустые слова. Лучше пообещай мне напоследок, что ты больше не будешь пить.

 

-Обещаю. Обещаю, мама!

 

-И больше не думай и болеть, а надо беречь себя ради внуков моих и своих.

 

-Хорошо, мама. А если вдруг снова вы будете настаивать, чтобы я съездил к жене, то и это я вам обещаю. Ведь я до сих пор верю, в чудеса … подождите, куда вы пошли? Мне надо ещё многого вам сказать  – вернитесь, пожалуйста!..

 

Она медленно вышла из комнаты и исчезла среди многочисленных звёзд, как капля в песок...

 

Следующая часть - последняя...

культура искусство литература проза проза
Facebook Share
Отправить жалобу
ДРУГИЕ ПУБЛИКАЦИИ АВТОРА