Опубликовано: 08 ноября 18:08

Лариса Травина - Обычный и типичный Продавец Родины

48.ПР.11

 

Лариса Травина – обычный продавец Родины.

Знакомство.

 

Торговля всем и вся обычное дело. Но в разных социальных системах существуют некоторые исключения, ограничение торгового оборота, так сказать. Например, почти везде сейчас запрещена торговля людьми. Кое-где ещё, конечно, можно прикупить себе какую-нибудь секс-рабыню. Или прислугу. Но это, как правило, маскируется под какую-нибудь иную сделку.  Лет 16 назад моя бывшая забавная жена предлагала мне «купить» в Средней Азии девочку-прислугу, но я как-то до сих пор не готов к таким экспериментам. Меня убеждали тогда, что все будут этим очень довольны, но я не поверил агитаторам. Мне было очевидно, что я не буду доволен этим, а если я не доволен, то какое мне дело до всех?! За собаку и ту сердце болит, хотя я собак не люблю даже больше людей. Они пахнут хуже, моются реже, и у них слюни. А тут азиатская девочка. Так что в покупке-продаже людей лично я не замечен, если что.

 

Торговля Родиной, как правило, не приветствуются теми, кто связан незримыми связями с ней. Но что есть торговля Родиной? Метафора в общем-то. Вон канадцы широко торгуют своей Родиной в виде её мусора. А жители США скупают канадский мусор и перерабатывают его на своей территории. Вполне достойная «торговля Родиной», но это не «Родина», а вторичные полезные ресурсы в виде мусора, часть из них, кстати, имеет китайское происхождение. Торговлю богатствами недр тоже вряд ли можно назвать «продажей Родины», хотя многие пытаются  именно так представить дело.

 

Продажа Родины, настоящая Продажа,  всегда связана с предательством, передачей чего-то более ценного, чем просто ресурсы. Вот передача в иностранные руки всех месторождений лёгкой нефти, имеет такие признаки, так как влияет на обороноспособность. То, что может нанести ущерб суверенитету или уничтожить его имеет отношение к предательству. А вообще, есть Уголовный Кодекс, там чётко определены уголовно наказуемые деяния.

 

Но Продажа Родины не фигурирует в Уголовном Кодексе, и Предательства, как  такового, там тоже нет. Измена, раскрытие государственной тайны, шпионаж, должностные преступления есть. Но простого Предательства нет. Продажа Родины и Предательство имеют нечёткие очертания, за  просто Предательство, и просто Продажу Родины не наказывают, потому что наказывать не за что.

 

Скорее, сам совершивший подобные действия, наказывает себя, а Предательство и Продажа Родины это  термины – социальные маркеры, выделяющие тех, кто совершил подобные деяния. Именно поэтому важно говорить конкретно о людях их совершивших. Предатели ли своей Родины Скрипаль и Сноудан? Однозначно предатели.  А Лариса Травина? Судите сами, но то, что она Продавец своей Родины и заодно и Предатель для меня абсолютно однозначно. А преступила ли она при этом законы меня мало интересует.

 

Её  другие человеческие качества не имеют никакого значения в данном исследовании. Почему я исследую именно Ларису Травину? На то есть две причины. Первая и главная – я хочу обосновать свой маркер Продавец и Предатель Родины. А вторая причина в том, что на  её примере показать я хочу показать, как это просто и легко иногда у некоторых  людей получается смешивать понятия, торговать всем, не нести ответственности и чувствовать себя во всём правой. И чем это потом кончается.

 

Я лично и к Предателям и Продавцам Родины отношусь вполне толерантно, если, конечно,  мне они не наступили на ногу, к примеру,  или не нахамили. А вот если  им не повезло, нахамили сдуру, то уж такова их судьба, иду на Вы. По некоторым данным, потенциальных предателей Родины  около трёх процентов. Но, совершивших уголовно наказуемые преступления, гораздо меньше, поскольку боятся. Вот пусть дальше и боятся, и хорошо, если предпосылки их предательства будут выявленны и очевидны для всех. За предательство в мыслях не наказывают, и не обливают зелёнкой.  Хотя, кто знает, до чего дойдёт современное общество в моей стране в эпоху информационных экспериментов и интернет технологий.

 

С Ларисой я впервые познакомился в феврале 1988 года во время «романтического» похода на Борус в Саянах. Этому у меня посвящена целая повесть.  Лариса выясняла тогда отношения с моим другом по поводу их совместного будущего. Выяснили, как мне потом рассказывала Лариса, что ближайшего совместного будущего. Лариса при мне передала его в руки другой девушки, прямо по возвращении с Боруса. Идея была у неё такая, что пусть женится Игорь на этой девушке, наберётся опыта, за это время университеты будут закончены и можно тогда строить совместное будущее. Девушка была, в её понимании, просто инструментом, в её беспроигрышной партии. И Лариса спокойно и обдуманно  Передала другой девушки своего друга, и, возможно, будущего мужа, предала, другими словами. Или я что-то не так понимаю?!

 

Повторяю, я толерантен к предателям, но это не меняет сути дела. Я даже подозреваю, что и меня отнести можно к предателям легко, при желании. Иногда я даже сам знаю, кого я предаю, или что кому передаю. Всё зависит от позиции человека. Он предал любовь, но остался верен семье. Или, он предал семью, но остался верен любви. Хорошо, если  человек остался верен и любви, и семье, но много ли таких? Или я что-то путаю?!

 

Факт предательства Ларисой Игоря меня вообще не огорчил, их личное дело! Но в результате этого и ещё стечения различных обстоятельств Игоря Баева не стало в числе живых. Он присоединился к большинству человечества. А Лариса почему-то приняла часть ответственности за этот случай частично и на свой счёт. Мол, не одна девушка  виновата.  Она сама, не учла, не подумала, а ещё будущий психолог, а инструменты иногда ведут себя не так, как предполагалось!

 

Чувство вины бывает, если знаешь, что не прав. Разведчики никогда не страдают муками совести, а предатели иногда страдают этим низменным чувством. Лариса страдала, и  я сожалел о том, что честного, прямого и романтичного Игоря нет в живых. Видимо,  на этой основе совместной памяти мы как-то держались друг друга по жизни потом на протяжении тридцати лет. Раз в несколько лет пересекались обычно, хотя жили друг от друга далековато.

 

Но, на Кухмарь, что в районе Переславля-Залесского, в 90-х пришла международная летняя  школа программистов, в Переславль-Залесский – Институт Программных Систем, новосибирцы и прочий всесоюзный сброд из среды программистов. А. Аймалазян и Лариса Травина стали теснить местных жителей, имели обширные планы и проекты, и не знали, что Советский Союз скоро станет историей. На Кухмаре  я и  познакомился наконец с Ларисой по-настоящему. Узнав, что она там, я приехал вечером в гости. Школа открывалась на следующий день,  мы имели возможность много и плодотворно пообщаться. Все, особенно молодёжь, имели много перспективных планов в те времена, часть из них была совершенно секретной, так как  планы были о том, как быстро и много заработать денег.

 

Лариса была в те времена уже беременной Аней, как-то не ассоциировалась  для меня с женщиной для сладостных утех. Скорее у нас было дружеское общение, такое редкое между мужчиной и женщиной. Я всегда был очень скрытным, даже общение со мной было всегда почти интимное. Свои мысли и идеи я обычно  обсуждал только один на один, так как иначе мне было некомфортно. Для  всех у меня была одна версия, один текст, а для друзей иной.

 

А поутру, собрав несколько человек, которые представлялись полезными для  обсуждённых ночью дел, затеваемых тогда, Лариса озвучила всё то, что я ей рассказал один на один, и только ей. Она предала информацию, которая явно для любого, была предназначена только для её ушей,  всем сразу. Предала меня. Я так оценивал тогда случившееся, я был в шоке.  Люди тоже как-то чувствовали себя неуютно. Но некоторый опят дискуссий в публичном пространстве я уже имел, и выкрутился. Дело в том, что в те времена публичная деятельность была иной, чем сейчас. И успешность дел не предполагала изначальную их публичность, скорее наоборот. Сейчас это уже не понимаемо, все в той или оной степени находятся в публичном пространстве.

 

Дел никаких, разумеется, сделано не было, зато Лариса научила меня всегда быть готовым к тому, что любое твоё слово может стать публичным. Я сейчас ей за это особо благодарен, так жёстко меня никто не учил до этого. Но тогда мне было больно и обидно, я не мог понять, почему же она так поступила.  Но понял, что Лариса однозначно не имеет морально-нравственных ограничений. Такие люди иногда встречаются, я сам моральных ограничений не имею. Но, беременная Лариса показала, как работает этот «беспредел» на практике.

 

Про неё я уже знал, что она обижена на свою семью, которая когда она уехала учится, сразу заняла её суверенную территорию в квартире, не оставив ей места, жаловалась она на это мне. Я её понимал в этом вопросе и сочувствовал. Хотя я уже не был бездомным, трёхкомнатная квартира в городе Волгограде была полностью в моём распоряжении, так что наши изначальные позиции в битве всех против всех после развала СССР были разными, мои явно лучше. Но перед известными катастрофическими событиями в моей стране, которая тогда называлась СССР, я уже знал Ларису Травину и что от неё можно ожидать.

Источник

культура искусство литература проза проза
Facebook Share
Отправить жалобу
ДРУГИЕ ПУБЛИКАЦИИ АВТОРА