Опубликовано: 01 октября 10:04

Альтернативная история Прометея

Пром, старик Пром, который целыми днями сидит на прибрежной скале и держится за правый бок, частенько рассказывает местным детям красивую историю про то, как он спас всю деревню после потопа. Именно он, рискуя жизнью, принес откуда-то сухих дров и сделал буржуйку в жилом доме, чтобы согреть выживших. А потом вывел людей на крышу, откуда их забрал военный вертолет. В конце старик Пром показывает пожелтевшую газетную вырезку.

Да, говорит старик Пром, тогда-то и надорвался, с тех пор со здоровьем все плохо, а государству наплевать на заслуженного пенсионера.  Дети, а иногда и взрослые, кто не местный, жалеют его, достают монетки и бумажки, щедро одаривают старика. Тот утирает скупые слезы с благообразного морщинистого  лица, благодарит, с достоинством встает, окидывает глазами морской простор и удаляется в условный закат.

Нет, на самом деле конечно не в закат, а в магазин. Но тут в нашей истории появляется новый персонаж. Истина.

Старик Пром, а на самом деле Прометей Феликсович, никогда и никого не спасал, кроме своей задницы, а все его болезни исключительно от нервов. А вернее, от того, что страдания своей тонкой натуры он заливал изрядными дозами спиртного.

Что? Имя не нравится? Неправдоподобно, говорите? Да, батюшка старика Прома, поляк и коммунист, преподавал латынь и древнегреческий в Ленинграде, а в свободное время рисовал абстракции. Кому-то показалось, что искусство его не отвечает генеральной линии, и пришлось Феликсу Яновичу сменить регион, забрав с собою жену и малолетнего Прометея. Случалось.

Ясно, что сынишку он назвал в честь мифического титана, но не учел генетики. Прометей не вышел ни ростом, ни умом, ни силой. Он закончил 10 классов, получил белый билет, отходил в местный техникум и устроился в рыбхоз, кем взяли. Хотя нет, вру. Умом Пром в принципе вышел, если считать за ум умение выживать в любой ситуации, прилагая к этому минимум  усилий. Промом же его стали называть еще в старших классах, да так и приклеилось, не отодрать. 

Пром - один из редких людей, которые не способны наживать ни друзей, ни врагов, ни завистников. Хотя...редких ли? Но не важно. Как и все люди, Пром все же создавал некую “легенду о себе самом”. Да, у каждого есть такая история. Иногда она становится былью, чаще остается иллюзией. Легенда Прома стала обретать очертания примерно к его тридцатилетию. Была она проста и по-своему гениальна. Пром выбрал избитый мотив бессребреничества и сдобрил его щепоткой мученичества. Как ни как отца-то репрессировали. Спасибо, не убили.

В обществе Пром напускал на себя скромность, держался в сторонке и выжидал. Выжидал удобного поворота в общем разговоре, чтобы начать свою повесть. Вот, кто-то рассказывает, что побывал в Ленинграде. Пром тут же спрашивает о какой-то улице. Дескать, что изменилось? Надевает на свое невыразительное, слегка испитое лицо ностальгическую мину. Ему, конечно, начинают задавать вопросы. Он сперва отмалчивается, ломается, а потом рассказывает о своем детстве в большом городе. 

Прома слушают из вежливости. Кое-кто уже даже не в первый раз. Кто-то даже посмеивается втихаря. А иные и в голос, мол знаем, слышали. Но удивительное дело, в какой-то момент Пром становится признанным знатоком ленинградских дел в городишке. “Надо спросить Прома, он коренной ленинградец” - говорят кумушки, если кто-то из знакомых собирается в город на Неве по делам или в отпуск. 

В разговоры за жизнь Пром не влезает, не ругается дефицит, не выспрашивает, где достать джинсы или магнитофон. Большинство не обращает на него внимания, но его загадочное молчание и равнодушие к быту влечет женщин. Редко, не влечет. Так в его жизни приключилось несколько интрижек и один роман, который чуть не закончился свадьбой. Пром уже примерялся к тещиной квартире, но за пару месяцев до назначенной даты его нареченная махнула на недельку в недалекие от нас Гагры с подругой. Там ее охватила жаркая страсть к мандаринам и местным мужчинам. Пром остался не у дел. 

И да, Пром всегда был не дурак выпить, хотя и меру знал. Знал меру настолько, чтобы не иметь проблем по работе и с законом. Ну и трешки не клянчил, под забором не валялся. Сплетни обходили его стороной. 

Звездным часом Прома, а также залогом его безбедной старости стал потоп, что случился однажды ранней весной в нашем прибрежном городишке. Море разволновалось, реки наполнились и вышли из берегов. В общем, все смешалось. Нет, Пром не спас половину населения города и не проявлял особого геройства. Он просто не затерялся в толпе и хорошо получился на фото. Случай.

В общем, никакой катастрофы не произошло, но на помощь людям прислали военные вертолеты. Вдруг нужно снимать людей из подтопленных домов.  Ну а Пром как раз оказался на крыше родной рыбконторы. Трехэтажное здание стояло в низинке, у самой воды, и с вечера его быстро залило наполовину. Человек пять (сторож, бригада рыбаков, Пром да пожилая бухгалтерша) застряли внутри.  

Вода уже не пребывала, помощь ожидали с минуты на минуту, никто особо не волновался. Кто-то сидел на третьем этаже, кто-то ждал на крыше. Когда раздался шум лопастей и гул мотора, люди стали выходить со второго этажа на крышу через окна. Пром конечно, подавал руку ближайшим. В этот-то исторический момент его и настигла камера столичного репортера, который сидел в кабине. 

Газета вышла на другой день с фотографией Прома на первой полосе. Слава его была шумной, всесоюзной и преходящей, но вырезку со статьей о потопе и неизвестном герое он хранил как зеницу ока. 

И оказалось, хранил не зря. Тихий пьяница Пром все-таки нажил себе цирроз, пусть и не в самой тяжелой форме, на работе и в стране началась Перестройка, дорогу перешли молодые и борзые. Прома списали в утиль, на пенсию, то есть, отправили. И вековать бы ему в трезвости голодный век, если бы не навык рассказывать миф о самом себе.

Конечно, местных не проведешь, но заезжие дачники и отдыхающие, а главное детвора с интересом и сочувствием внимают истории о Прометее, который принес людям согревающий огонь и надорвался так, что печень отказала. 

культура искусство литература проза проза рассказ, реализм
Facebook Share
Отправить жалобу
ДРУГИЕ ПУБЛИКАЦИИ АВТОРА