Опубликовано: 28 июля 10:13

Мне без тебя так трудно...

                             Жениться совсем не трудно; трудно   быть женатым. ( М. де Унамуно.)  

        Развод оформили в декабре 1966 . Нина , с трудом перенося одиночество, каждое воскресенье, взяв шестилетнюю дочь, разъезжала то по родственникам, то по знакомым. Всем  рассказывала одну и ту же историю об измене мужа, и  девочка  вскоре  невольно выучила фразу матери, которой та обычно завершала  свой рассказ: " Одиннадцать лет прожили, и все эти годы он  изменял мне, подлец...".  Нине сочувствовали, а в душе осуждали, думали , что напрасно погорячилась, выгнав мужа. Да и она это понимала, но гордость не позволяла признать свой поступок ошибкой. 

       С мужем  жилось комфортно: он хорошо зарабатывал, не жадничал  и выпивал только по праздникам. Сошлись, когда были уже зрелыми людьми, обоим- под тридцать.  Леонид - романтическая натура- писал жене стихи:

Мне без тебя так трудно

Прожить хотя бы день.

Уходит наше судно,

Бросая в волны тень...    

       После свадьбы  ходил в море еще 5 лет, но,  когда родилась Катя , списался на берег. Предлагали работу в порту- отказался, устроился мастером на завод, где заработки были поменьше, зато рядом - закадычный друг Юрка, которого знал еще со школьной поры. Через 4 года получил  квартиру, но пожил там Леонид недолго.  

       Известно, что крепкой бывает та семья, где супруги днем забывают, что они любовники, а ночью- о том, что супруги. Через десять лет брака у Нины и Леонида пошло всё не так. Она стала меньше уделять внимания  мужу,  а он всё чаще засиживался в компании  Юрки- старого холостяка. Как-то  в воскресенье, сказав жене, что едет с другом на халтуру (кто-то из заводчан попросил починить телевизор), он, как позже выяснилось, отправился совсем в другом направлении.  

        Нине в тот выходной тоже почему-то не сиделось дома. Дочь на лето была отправлена к бабушке в Новгородскую область, скучать одной женщине не хотелось, и она решила поехать  к своей двоюродной сестре Ленке, которая жила далеко, на другом конце города.  Сестра встретила ее, как всегда,  радушно, а  мужу (  внешне  очень похожего на актера Петра Глебова)  строго сказала:

-Мишка- змий, не видишь, что Нинка приехала? Беги за бутылкой!

-Раз уж так уж,- бормотал Мишка, быстро  собираясь .

        Ленка ушла   готовить , Нина осталась в комнате , включила телевизор. Мишка вскоре вернулся . Сели отметить встречу. Ставя на подставку большую чугунную сковородку с шипящим на ней салом и десятком яиц, Ленка озабоченно говорила: "Нин, ты только подумай, ну ничего не ем, а всё толстею".  Выпили немного водки, закусили соленым огурчиком. Нина положила   себе на тарелку одно яйцо без сала, Мишка отказался от еды, пояснив, что уже  успел пообедать. И Ленка одна приговорила все наготовленное, не забывая сетовать  на свою  полноту. Сестры поболтали о том о сём, потом Мишка начал мыть посуду, а женщины ушли в комнату смотреть телевизор, но ничего интересного  не показывали, и Нина предложила:

-Давай в кино что ли  сходим или в гости к кому-нибудь поедем. Скучно в квартире сидеть с твоим Мишкой.

-Хорошо, - охотно согласилась Ленка,- поедем к  Пяти углам, там  моя портниха живет, у нее много всяких журналов мод. Может,  закажем Галке по платью?

-Так у нас же ткани еще нет.

-У Галки   найдутся отрезы, ей знакомый из Прибалтики привозит. Немного подороже будет, но  такого в наших питерских магазинах не купишь. 

       Нина согласилась. Ленка засобиралась: достала  новое платье, лакированные туфли и сумочку. Когда надела платье, то будто и не было лишних килограммов.  Ленка была старше сестры на 4 года. В юности- статная, круглолицая, голубоглазая, с толстой русой косой. Парни в деревне заглядывались. Перед самой войной, в сороковом году, замуж  выскочила в 18 лет, а в 1944 получила на Васю похоронку. Мишка- это второй муж, с ним сошлась только в конце сороковых . В то время рада была и такому: мужиков-ровесников  почти не осталось... 

    Увидев восхищенный взгляд Нины, Ленка пояснила: "Это шелковое платье-  работа портнихи. Захочешь,  и тебе такое сошьет".  В прихожей сестра вылила на себя , наверное, полфлакона " Красной Москвы", посмотрелась в зеркало и крикнула Мишке:

-Вернусь поздно, ты там, в комнате, приберись.

-Раз уж так уж,- бормотал Мишка в ответ. 

      Нина жалела  этого тихого и немного странного  человека, который имел  лишь три  класса образования  , работал в котельной кочегаром . Если Мишка с кем-то говорил, то никогда не смотрел на собеседника, взгляд его блуждал по потолку и стенам .  Жена не любила его и вертела им , как хотела. Хорошо, что детей у них не было. 

       Сестры отправились на метро до Владимирской. Там зашли  на Кузнечный рынок и купили Галке букетик . Почти подходили к Пяти углам (это пересечение Загородного проспекта, улиц Разъезжей, Ломоносова и Рубинштейна), когда Ленка вдруг схватила сестру за руку и потащила за газетный киоск. Нина не поняла и удивленно спросила:

- От кого ты меня прячешь?

-Ой, смотри,- тихо шепнула ей на ухо Ленка,- Ленька там ... 

         Нина посмотрела в ту сторону, куда указывала сестра, и увидела  картину: Юрий с Леонидом, видимо, только подъехав, вышли из такси и направились к ресторану в сопровождении двух женщин, лиц которых Нина, от волнения, разглядеть не успела. Если бы Ленка не затащила её за киоск, то сестры столкнулись бы с этой компанией. Когда парочки скрылись за дверью ресторана, Нина, придя в себя, с упреком набросилась на сестру:

-Прятаться не надо было, я ведь жена! Пусть бы в глаза мне посмотрел, подлец...

-Что ты, Нинка, зачем на улице скандалы устраивать? Кругом же люди... Да и растерялась я как-то,- оправдывалась Ленка. 

         Настроение было настолько испорчено, что сестры , не зайдя к портнихе, сразу отправились по домам.  Было восемь вечера, когда обманутая жена вошла в квартиру. Немного отдохнув  и подумав, женщина приняла решение и  достала с антресолей большой чемодан, с которым обычно ездили всей семьей в отпуск. 

          Когда в полночь таксист привез к дому слегка подвыпившего Леонида, его жена была во всеоружии. Едва он вошел в квартиру, как мгновенно протрезвел, получив первую пощечину. Не успев от неожиданности  сразу отреагировать, получил вторую. И тут, перехватив руку Нины, которая явно не собиралась останавливаться в своем действии,  он заглянул в ее глаза, ставшие вдруг странно чужими,  а потом увидел собранный чемодан и  всё понял...

-Бритву положила?- тихо спросил , наклоняясь к чемодану.

-Да, ничего не забыла, убирайся , развратник! Глаза бы мои тебя никогда не видели! Загубил всю мою жизнь!Перед людьми стыдно!

-Тише, тише, соседей разбудишь.  Я сейчас уйду, успокойся.

-Ключи оставь и убирайся! 

        Леонид с тоской посмотрел на жену, но , зная ее характер, не стал ничего выяснять, взял чемодан, повесил на крючок вешалки ключи и...ушел.  Нинка плакала всю ночь.

культура искусство литература проза проза рассказ
Facebook Share
Отправить жалобу
ДРУГИЕ ПУБЛИКАЦИИ АВТОРА