Опубликовано: 31 марта 2013 00:33

Повесть"Вибрация Духа" Часть-3

Повесть Валерия. Часть-3

Что-то случилось?

Да, выходит, что да.

Хорошо, я отпущу тебя.

Я ругал себя за это раздвоение и за то, что оставшийся час репетиции прошел именно под этим знаком. Выйдя из репетиционной, я застал ее в обществе молодого студийца, и получилось, что просто присоединился к ним, чисто случайно, идя так же, как они, домой. Дошли до метро и распрощались. Забудем про нее!

Да, жизнь тогда рисовалась грандиозными перспективами, а границ творческому росту просто не существовало, исследовать жизнь человеческого духа можно вечно.

Пробуждение было мгновенным, от резкого толчка в сердце. Я

вскочил и долго бегал по комнате, как ошалелый, не понимая, где я и кто я. Постепенно чувство места определилось. Долго не мог понять, что случилось, вскакивая, долго бил рукой по кровати, как бы набирая воздуха, страх, жуткий страх, как будто куда-то уносишься, в преисподнюю, и ощущение близкой кончины. Разум еще спал, работали одни инстинкты. Вот и сейчас, когда понял уже, что нахожусь в собственной комнате, носясь по ней, как по клетке, не имея физических сил остановиться, долго еще не понимал, что же я делаю, почему бегаю и почему не могу остановиться. Вернувшееся сознание вдруг подсказало и стало понятно, что если остановишься - лопнет сердце. В мозгу лихорадочно стучало: «Не останавливайся!» Быстрый взгляд на будильник:»Господи, половина второго, и проспал-то всего сорок минут». Вдруг начал задыхаться, полное ощущение, что не хватает воздуха, и надо бы вздохнуть глубже, набрать в легкие побольше этого смрадного газа, да тело почему-то не слушается. Во всем теле только сильный стук сердца: стучит в груди, стучит в мозгу, стучит в каждой жилке. Господи, что делать? Заныло в левой части груди. Вытер испарину со лба, быстро оделся, вылетел из комнаты, как ошпаренный, глянул в зеркало - «зеленый монстр», еще больше испугался, залез в холодильник, накапал сорок капель - не взяло, быстро выскочил на улицу, ноги сами привели к Юрию Яковлевичу - благо живет через улицу. Звонок - никто не выходит, еще один, вышла соседка:

Его нет, еще не приходил.

О небо, и все святые угодники! Выскочил на улицу, дошел до дома, но домой не пошел, страшно идти домой и жутко. Остановил какого-то студента, спросил - нет ли седуксена и выслушал в ответ: «Не держим-с». Господи, откуда у него такое и зачем? Повернулся и стал смотреть ему вслед. Догнать, остановить? Нет! Справлюсь, чем он-то может помочь, нужен кто-то знакомый, надо отвлечься. С кем, где?

Прошло три часа. Пульс поутих и жуткая головная боль, жуткий дискомфорт, где-то между небом и землей.

Тахикардия, рецепты, пожелания не волноваться и чаще гулять на свежем воздухе. Где же его взять-то? С четырех до пяти утра заснуть не мог, наконец заснул и проспал до одиннадцати. До двенадцати пролежал в небытии, подготавливая себя, чтобы встать. Встал, дикая слабость, голова чугунная. До семнадцати часов далеко.

Вечером «Кавказский меловой круг». Спектакль прошел на одном дыхании, весело, ритмично, уже с десятой минуты завели публику, все в такт музыке. Немного ослабили пружину в начале второго акта. На все это время забыл о ночном кризисе.

Выходной день. Что же с ним делать? Пришел Володя:

Пойдем в кино?

Пошли, - меня долго уговаривать не надо.

«Иди и смотри» Элема Климова - ужас! Все время приходилось усилием воли возвращать себя в зал и убеждать себя, что я в кинотеатре и это все -просто кино. Часовая прогулка от «Октября» до Китай-города, все в тишине, никто не вымолвил ни слова. Вытащил блестящую упаковку. Не проронив ни слова, проглотили по «колесу». Домой возвращаться не хотелось. А куда? Обзвонили всех, кого могли - никого. Простились на Маяковке. Половина девятого вечера. На удачу позвонил Лене:

Да, хорошо, что позвонил, приезжай, родители в Ялте, только захвати чего-нибудь выпить, сигарет и кофе.

Все естественно вдруг наполнилось, появился вкус к собственным поступкам.

Коньяк хороший, дагестанский, пять звездочек, лимончик. Какой сильный аромат жизни исходил от этой женщины. Этот аромат исходил от всего, что ее окружало: от ее белья, от постели, от кожи, от волос. Ровный коричневый загар подкреплял этот аромат. Но что-то всегда удерживало от полного внутреннего слияния с ней. Она всегда знала себе цену в прямом и в переносном смысле и об этом, практически, никогда не забывала. А может быть и нет, может быть, просто потерялся в потоке своих мещанских представлений? Так или иначе пик увлеченности был уже пройден и встречи теперь носили, скорее, случайный характер. Каждый раз после близости с ней хотелось бежать из ее квартиры, к счастью, это длилось очень недолго и после удачного чередования с коньяком или красным ромом вновь появлялась непреодолимая тяга к ней. Говорили, большей частью, о литературе, о невезучей жизни. Она причесала свои черные волосы, оделась и мы вышли. Светило солнце, на перекрестке простились, не обещая друг другу ничего, не зная, увидимся ли еще.

Спасибо тебе, мне вчера было просто никак, спасибо.

Да, ну что ты, звони.

Каждый раз, возвращаясь от нее, почему-то было жалко ее, себя, всех. Вышел из метро, опять эта раскаленная мостовая в мареве выхлопных газов.

культура искусство литература проза повесть Повесть
Facebook Share
Отправить жалобу
ДРУГИЕ ПУБЛИКАЦИИ АВТОРА