Опубликовано: 18 ноября 2018 20:34

Когда я был студентом

           

Московский пушно-меховой институт (МПМИ) был ликвидирован в 1955 году. Я учился в этом институте на зверо-охотоведческом факультете (группы охотоведов и звероводов, по две на каждом курсе) с 1952-го по 1955-й год и «попал» под закрытие. Охотоведов перевели доучиваться в Иркутск (ИСХИ), а звероводов – в Барнаул и Свердловск. У нас тоже были свои песенники и поэты, например, Гриша Бабаков, обладавший подлинным поэтическим талантом. Он работал после окончания МПМИ в Свердловске (теперь – Екатеринбург) и довольно рано умер, оставив несколько небольших книг, в том числе – "В стране кедра и соболя". Он учился старше меня на три года. Вот его стихи, написанные более чем 60 лет тому назад.

 

ПРО ОХОТОВЕДА (про выпускника МПМИ)

 

Отошли в преданья юности мечтанья –

Пусть спокойно бродит по лесам зверьё;

Вот и в жизнь я вышел, не Мензбир, не Пришвин —

Единицей штатной "Заготживсырьё"...

 

Пусть другой Арсеньев бродит меж деревьев,

Пусть другой уходит в заповедный край...

Сказки дяди Пети привели нас, дети,

В шестисотрублевый табуретный рай!

 

Двери в жизнь открыты — шерсть, рога, копыта...

До живой природы нам и дела нет.

Снятся нам у печки тёплые местечки —

Место завконторой... через десять лет!

 

Прилетела муха, села мне на ухо...

Лень поднять мне руку, чтоб согнать её...

Я, как эта муха, наедаю брюхо,

А в углу ржавеет старый друг — ружьё...

__________________________________________

Дядя Петя – Это Пётр Александрович Мантейфель, зав. кафедрой охотоведения, дважды лауреат Сталинской премии, абсолютный авторитет у студентов-охотоведов. Мензбир – Михаил Александрович Мензбир (1855—1935) — русский и советский зоолог и зоогеограф.

 

Эти стихи отлично ложатся на музыку, но мотива я, к сожалению, не помню.

 

А вот ещё одна, за которую Гриша чуть было не вылетел из института. Нашёл я эту песню в ЖЖ https://lytrumsalicaria.livejournal.com/97648.html

 

ПРО ЗВЕРОВОДА (тоже про выпускника МПМИ)

 

Сурова Севера природа!

В глухой тайге стоит изба,

И злою волей зверовода

Сюда забросила судьба.

 

Коптилка перед ним светила,

Бутылка спирта на столе,

А бедный зверовод уныло

Мечтает о Большой Земле.

 

Там электричество, газеты,

Театры, девушки, кино,

А здесь тайга, бураны, ветры,

Вокруг тебя зверьё одно!

 

Романтика с лисиц драть шкуры,

Крыть маток, принимать щенят...

Единственный очаг культуры –

Ближайший спиртокомбинат!

 

И молвил после кружки пятой,

Сжимая кулаки свои:

" О, будь ты проклят, трижды клятый,

Могильщик мой эм-пэ-мэ-и!"

 

И плакал пьяный зверовод,

Под вой бушующей стихии...

А институт наш каждый год

Кончают смертники такие!

 

«Это поётся на мотив какой-то популярной песни, а последняя строфа – на мотив "Ревела буря, гром гремел...". Написано это, видимо, в порядке подтрунивания над будущими звероводами, к которым гордые охотоведы относились несколько снисходительно, но дружбу водили, тем более что на факультете звероводства большинство были девушки. И все вместе презирали товароведов... Песня была с восторгом подхвачена, но когда она дошла до ушей начальства, скандал вышел нешуточный. Автор удержался в институте чудом, выручили его в том числе отменная успеваемость, общественная деятельность, ну и ходатайства преподавателей».

 

 

 

А вот и та самая, знаменитая, песня, которая фактически стала гимном охотоведов многих поколений и у которой много-много «авторов». Однако настоящим автором всё-таки надо считать Гришу Бабакова.

 

ОХОТОВЕД ПРОФЕССИЯ МОЯ

 

(петь надо на мотив «Гоп со смыком», а последние три строки каждого куплета – повторять)

 

Граждане, послушайте меня! Да-да!

Охотовед профессия моя! Да-да!

Э-эх! Ремеслом избрал охоту,

Исходил леса-болота,

И тайга скучает без меня! Да-да!

 

Нам не нужна роскошная квартира. Да-да!

Над кроватью Шишкина картина. Да-да!

Э-эх! Лишь была бы телогрейка,

Сапоги да тюбетейка,

А в кармане спички да махорка. Да-да!

 

Нам не нужны высокие хоромы, да-да,

Ванна, электричество и газ! Да-да!

Э-эх! Мы в тайге живём не хуже,

Умываемся из лужи,

Полотенцем нам портянка служит! Да-да!

 

Если на охоту мы пойдём, да-да,

Мы навалом мяса принесём. Да-да!

Э-эх! Славный мы кондёр заварим,

По пятёрочке добавим

И пойдёт веселье полным ходом! Да-да!

 

Кто не иссушил цистерну водки, да-да,

Не изведал страсти звероводки, да-да,

Э-эх! Тот ещё не видел рая,

Тот при жизни умирает!

Мы таких людишек презираем! Да-да!

 

Если я и утону в болоте, да-да,

Иль медведь задавит на охоте, да-да,

Э-эх! Мне в раю найдётся место,

Буду я начальник треста,

Что рога чертей заготовляет! Да-да!

 

Когда я опубликовал эту песню на Фейсбуке, пошли многочисленные комментарии и добавления. Был даже добавлен такой куплет:

 

А в Лосинке мы живём прекрасно.

Ночью заходить туда опасно.

Целый день сидим на пруде,

Ополаскиваем груди,

Потому что мы лесные люди!

 

Мне помнится, что этот куплет этот был добавлен именно в 1955 году, когда наш курс проходил учебную практику в «Лосинке» (Лосиноостровское учебно-опытное хозяйство МПМИ). Вот мы тогда около того самого пруда в Лосинке: слева направо: стоят – Вячеслав Домрачев (с гитарой), Анатолий Ушаков, Игорь Моисеев, Геннадий Бурмистров, Борис Павлов, Владислав Вшивцев, Лев Костяев, Евгений Жеребцов; лежат и сидят – Пётр Герасимов, Игорь Кудряшов, Дмитрий Житенёв, Павел Дё, Валерий Водяницкий, ? (забыл фамилию), Альберт Хлебников.

Это стихи и песни, написанные Гришей Бабаковым. Впереди песни Александра Меня и коллективная...

Вот так мы и жили в те далёкие студенческие годы.

 

культура искусство общество общество Бабаков, стихи, песни, охотоведы, МПМИ
Facebook Share
Отправить жалобу
ДРУГИЕ ПУБЛИКАЦИИ АВТОРА