Опубликовано: 15 ноября 01:04

BOA BAB о спектакле "Властитель сумеречныхбабочек" режиссер Таня Стрельбицкая

Писать о спектаклях — дело не особенно благодарное. Чем дальше, тем больше в этом убеждаюсь. Конечно, не в том смысле, что «где же мои благодарности, я там пуп надрывала», а в том, что спектакли нужно смотреть, никакие языковые выразительные средства не передают в полной мере ни атмосферу, ни даже собственные впечатления. Более того, сквозь призму личного опыта каждый видит своё или даже очень сугубо своё. Но потрясём ещё пустоту, поперекатываем грохочущие нелепо слова: #властительсумеречныхбабочек  по пьесе Кокто режиссёра Татьяны Стрельбицкой @strelbitscayatania.

Когда читала пьесу #жанкокто #человеческийголос, то думала больше о том, что какая, к чёрту, разница: так много говорят о том, что мужчины, женщины — принципиально разные и надо учить какой-то новый условный язык, чтобы сосуществовать, постоянно делать какие-то скидки и сноски — «ну это потому, что он мужчина», «она же женщина». Я антинаучно думаю, что нет: одинаковые мы все, в каких-то главных вещах. Прежде всего — люди. Жан Кокто написал пьесу как монолог героини, её последний телефонный разговор с возлюбленным. И часто «Человеческий голос» брали именитые актрисы для бенефисов: выдать, так сказать, всю палитру. Ставят пьесу, записывают с 1930 года. А на дворе конец 2019: целая вечность. Я, читая, размышляла о том, что не важно, кто говорит: мужчина, женщина. Кто на другом конце провода. Если убрать родовые окончания и выбрать нейтральные формы обращений, монолог абсолютно универсален. Кто бы ни был на том конце — он получит сообщение в неискажённой форме.

В этой комнате, сколько бы вас ни было в зале, есть только двое. И каждый из зрителей — адресат.

«Автор рекомендует актрисе, которая будет играть эту роль, избегать даже намека на иронию, язвительность, колкость, свойственные оскорбленной женщине. Героиня — жертва, обыкновенная женщина, влюбленная без памяти; она только один раз прибегает к хитрости, протягивая мужчине руку помощи, чтобы он сознался в том, что солгал, и избавил ее от этого жалкого и пошлого воспоминания. Автор хотел бы, чтобы актриса производила впечатление человека, истекающего кровью, теряющего кровь при каждом движении, как раненое животное, и чтобы в конце пьесы комната казалась наполненной кровью».

В постановке Татьяны Стрельбицкой главная роль отдана мужчине — @stasmotyrev.

И монолог от этого нисколько не теряет. В диалог с ним вступает виолончель #андрейберезин.

И это не какая-то компенсаторная функция — заполнить паузы. У Андрея (не только у его виолончели) — драматическая роль. Даже то, как он отыгрывает лицом, — полноценная же роль. Как играет Стас, мне было очень интересно увидеть это вне #театрроманавиктюка, — он абсолютно самобытен и самодостаточен как артист. Скажу крамольную вещь, он не «актёр Театра Романа Виктюка», он не штампован, не загнан в рамки определённого художественного восприятия и подачи. И в этой постановке, пожалуй, куда более даже самостоятелен, полон, чем в тех спектаклях, в которых видела его ранее (а мы его и раньше-то весьма заметно держали в фаворе). Во многом, полагаю, эта искренность и нерв, свобода и естественность интонаций, бытия на сцене — заслуга режиссёра: Татьяна Стрельбицкая экспрессионист в лучшем смысле слова — по жизни, по ментальности, не только как художник. И, конечно, она может открыть, способствовать природе, врождённому дару актёра.

Очень радует, когда вижу, что вне стен ТРВ, не «по месту прописки», артисты не выдают повтор шаблона. Когда не «а, ну, это мы видали», но совершенно иной тональности и непогрешимой глубины работа.Ну, и про личное: только в зале уже, в середине спектакля, на «Какой на тебе шарф?... Красный… завязан слева… рукава рубашки подвернуты… Что в левой руке? Телефонная трубка. В правой? Авторучка. Ты рисуешь в блокноте головки, сердца, звезды. Ты улыбаешься! У меня глаза вместо ушей...» вдруг проняло (и захотелось сбежать): я знаю эту историю изнутри. Не хочу помнить, но помню. Да, ну, наверное, как почти каждый в зале. Только совпало до места: окрестности «Спортивной» и «Фрунзенской» и даже внешнее сходство героя. Стоит ли говорить, что дорогой домой я слушала только самые старые и самые грустные песни: сквозь которые, как образ через мутное стекло, доносится живой всё же, человеческий голос.

Даёт ли вам это представление о спектакле, который состоялся? Мне кажется, нет, даже на 10%. Захотите ли вы пойти на него, когда он (не знаю когда) состоится вновь? Хммм. Но, в любом случае, искренне рекомендую прочитать «Человеческий голос» Кокто и следить за анонсами.

в статье использованы фото: Евгений Знаменский, Нина Луника

культура искусство театр театр Таня Стрельбицкая, Стас Мотырев, Андрей Березин, Жан Кокто, Властитель сумеречных бабочек, Евгений Знаменский, Нина Луника
Facebook Share
Отправить жалобу
ДРУГИЕ ПУБЛИКАЦИИ АВТОРА