Опубликовано: 20 июля 2014 16:18

Отзыв Алексея Шульгина на спектакль "Солнечные мальчики" по пьесе П.П.Пазолини "AFFABULAZIONE"

И "СОЛНЕЧНЫЕ МАЛЬЧИКИ" В ГЛАЗАХ. 

      Премьера - "Солнечные мальчики". Дом Балтрушайтиса. Поварская. Намоленное место. Еще Иван Алексеевич Бунин по соседству. Татьяна Стрельбицкая представила публике свой спектакль. Мало ли в Москве премьер? Давно ли вздрагивала Москва? Случилось! Рождается театр, на глазах - вздрагивает Москва. Что это? Пьеро Паоло.     С 2013-го года творчество художника-Стрельбицкой наполняется темой Пазолини, как гематома - кровью - из картины в картину перекачивают сюжеты. Образы заполняют художественный мир, фантазии, грезы, раздумья. Художник... Режиссер... Эволюционный путь прошел спектакль: от первой вариации - до единственно-возможного театрального полотна. Работа Стрельбицкой - молитва, где каждое слово должно зазвучать, фальши - нет. Хор выстраивается. Хор - найден. Сейчас - это кажется почти мистикой, что за срок в несколько месяцев - собралась команда, от репетиции к репетиции, превращавшаяся в единый организм - теперь поражающий синхронностью движений, мощью и мрачной, величественной красотой.      Ирина Лосева - от репетиции к репетиции возрастал накал страстей. Высокое дарование этой актрисы, ее харизматичность, пластика и особые (гениально подобранные) интонации - придают всему действию ту нервическую, где-то безумную ноту, без которой пьеса Пазолини не зазвучала бы. И на премьере Мать зазвучала, как хрусталь - в секунду перед звоном дребезг. Ее партнер по этой сцене Анатолий Гущин добивается трагикомического эффекта: его святой отец вызывает мгновенную улыбку, но лишь на секунду, а потом - боль, страх и тьма. Ужас смердяковщины. Олег Дуленин. Писать о его работе так же тяжело, как описывать полотна Леонардо да Винчи. То что ему удается на сцене - это Тайна, которую не в состоянии объяснить Разум. Проникновение в суть пазолиневского текста - главное и важнейшее откровение актера. Софокл - когда он (Данила Лавренов) в потустороннем красном свете появляется из-за драпированных черным дверей, когда звучит голос, этот врывающийся в мозг тембр, когда пластика гипнотизирует, а текст, как acid trip трансформирует сознание - потом понимаешь, что по щекам текут слезы. Эти сверлящие горящие демоническим огнем глаза, Очи. Его монолог - это горький приговор, звучащий - как в зале суда - а подсудимые - зрители... Выразительная, даже монументальная пластика Станислава Мотырева - уровень скульптур Родена. Или мунковский "Крик" - беззвучно застывающий на искаженном лице Сына. Живопись, запечатленная мастером. Тот надрыв, истошность, истерика - появившиеся в егоработе - признак воплощения образа в реальность. Живость и экспрессия Ирины Токмаковой, выпархивающей на сцену, приковывают к ней внимание. Но не все так просто в этой молоденькой хорошенькой девушке. И время спустя - ее огромные лучащиеся радостью и жизнью глаза, закрывают шоры. Страшно смотреть на превращение, неотвратимое и естественное своей противоестиственностью.      Когда сейчас пишутся эти строки, я понимаю, что это лишь микроскопический штрих к грандиозной работе, осмыслить которую потребуется немалое время. Играют декорации - лестница, скульптуры, шпагоподобное распятие на стене, люстра в черной тюле, шары, вдруг катящиеся - куда им вздумается, черно-белые плоскости. Свет, - то адский, - то райский. Свет - являющий тени потустроннего театра, потусторонних актеров-теней - играющих свой спектакль на стене. Все это, спутавшись в клубок - ИГРАЕТ. ИГРАЕТ музыка! Работа композитора Александра Шималиса - это образчик забытого в эти дни уровня музыкальной культуры. По силе, убедительности и проникновению в душу - его театральный опыт в чем-то сродни экспериментам Альфреда Шнитке. Но почудились мне Вагнер, Штохгаусен - не аналогиями, а как определенные точки, от которых отталкиваешься. Музыка Александра Шималиса - дополнительный актер, доносящий до нас тайный смысл, растравляющий душу и льющий на нее успокоительный бальзам. Имеет ли смысл подробно расписывать, что просматривая спектакль, после него в смятении начинаешь перебирать имена, названия, даты? Данте, Метерлинк, Шекспир, Гете, Блок, Мейерхольд.... Есть в этом крошечный смысл. Все это имеет место.      Но ГЛАВНОЕ - в России поставлен Пазолини, звучат тексты Пазолини, притягивает философия Пазолини. Гурджиев писал: "Не относитесь эмоционально к искусству". Я сдерживаю эмоции, потому что впереди еще работа над анализом феномена Стрельбицкой. Гениальный художник и режиссер Татьяна Стрельбицкая сделала невозможное, подарила нам Пазолини.      Дом Балтрушайтиса, Поварская, июнь 2014 года. Запомните эту дату. Родился театр.Алексей Шульгин. 17.06.2014

культура искусство театр театр Таня Стрельбицкая, Алексей Шульгин, Солнечные мальчики, Affabulazione, Пьер Паоло Пазолини, Дом Юргиса Балтрушайтиса, Александрас Шимелис
Facebook Share
Отправить жалобу
ДРУГИЕ ПУБЛИКАЦИИ АВТОРА