Опубликовано: 28 октября 2015 11:21

ХУДОЖЕСТВЕННАЯ ЛЕТОПИСЬ АЛЕКСЕЯ БАЗЛАКОВА

Художественная летопись эпохи

50-летие своей творческой деятельности отметил ветеран Московского союза художников Алексей Иванович Базлаков, создавший замечательную галерею образов российских писателей и деятелей культуры.  Помимо несомненного художественного значения, особая ценность работ Базлакова – в их документальности: все они выполнены с натуры. Среди изображенных – Ахматова, Пастернак, Шолохов, Твардовский, Астафьев, Распутин и многие-многие другие. Полвека понадобилось художнику, чтобы создать эту необычную коллекцию. Вернувшись с войны, молодой Алексей Базлаков поступил в Художественное училище памяти 1905 года, после занятий в котором часто захаживал на литературные вечера, где любил делать зарисовки. Позже, познакомившись лично, приглашал писателей в свою крошечную мастерскую у Покровских Ворот или приходил к ним домой, приезжал на дачу, на службу. Так создавалась художественная летопись эпохи.  Все эти годы в мастерской художника копились портреты и наброски. Многие из них создавались на ходу, на съемках фильмов, на пленумах Союза писателей, на лекциях в Литинституте... Делались на скорую руку – лишь бы успеть запечатлеть. У каждого из них – своя история. Например, делая наброски с Шукшина прямо на съемках фильма «Печки-лавочки», приметил человека, в чем-то энергично убеждавшего Василия Макаровича, и, отложив в сторону незаконченную работу, принялся за незнакомца. Только завершив зарисовку, художник понял, что это был Владимир Высоцкий.  Приехав однажды в Переделкино писать Корнея Чуковского, увидел, что тот прогуливается по дорожке и увлеченно беседует с мужчиной очень выразительной внешности. Не долго раздумывая, художник нарисовал обоих. Как выяснилось позже, собеседником Корнея Ивановича был Борис Пастернак. Как-то Базлаков встретил на Ордынке Анну Ахматову и здесь же, прямо на улице, ее запечатлел.  Особенно дороги художнику воспоминания о встречах с Александром Твардовским, на дачу которого в Красной Пахре он несколько раз приезжал делать наброски для будущего портрета маслом.  – Александр Трифонович, – вспоминает Базлаков, – переживал тогда, после изгнания из «Нового мира», нелегкие времена. Посмотрев на один из набросков, он подозвал жену и, нахмурившись, произнес: «Смотри, Мария Илларионовна, какое мурло получилось. Похоже на Хрущева или Прокофьева. Но вы не обижайтесь, – повернулся он ко мне, – это я ради дела». Другой набросок одобрил, а в конце работы подарил книгу «Теркин на том свете», сделав надпись с пожеланиями «всего доброго на этом свете». Позже я узнал, что мои портреты оказались последними, сделанными при жизни поэта. Художника всегда тянуло к литераторам. Может быть, потому, что и ему самому не чужд писательский труд. Помимо уникальных портретов деятелей отечественной культуры, которые Алексей Базлаков недавно передал в фонды Российской государственной библиотеки, он дарит потомкам и серию личных воспоминаний о встречах с ними. Два года назад вышла книга «Драма Никандра», в которую, кроме художественной прозы Базлакова, вошли и его мемуары. А свой творческий юбилей Алексей Иванович отметил окончанием работы над новой книгой «Вечно вздыбленная Русь» – уже о судьбах России.

культура искусство искусство А.И.Базлаков
Facebook Share
Отправить жалобу
ДРУГИЕ ПУБЛИКАЦИИ АВТОРА