Опубликовано: 17 мая 05:02

Любовь и трагедия старого хрыча

Глава 6

 

Как  выяснилось потом - в тот день я сильно простуживал себя и щитовидную железу из-за  небрежного отношения к себе, впоследствии  чего, через три дня я уже лежал в больнице, никого даже не предупреждая об этом.  А скорее всего, от стыда…

 

В новую обстановку я привыкал  с большим усилием, поскольку для своей предстоящей операции  нужные лекарства доставал  сам же из ближайших аптек, как и другие несчастные пациенты.

 

При всём в том ещё не хватало одно лекарство. Как бы этого не хотелось - кому-то надо было позвонить. Появление  такого рода повода, наверняка  во мне подчинило себе упрямую, а может и глупую свою гордость, меня заставило  позвонить  Лейле. По телефону,  кроме её хриплого голоса я ничего не понимал, поскольку  она  тоже  была   простужена. Я объяснил ей цель своего звонка и адрес, где лежу, и грустно попрощался, молясь за неё, чтобы  быстрее она встала.  

 

Люди  навещали своих  близких перед предстоящей операцией и подбадривали их, а заодно  заглядывали на меня: то лежащего, то будто воющего у окна на луну одинокого волка; они  сразу глаза уводили,  когда я случайно  заглядывал на их ласки своих детей либо мужей.

 

В эти минуты вряд ли я нуждался в излишне  их сочувствия, а после звонка просто мучило меня некое чувство потери Лейлы, поэтому нарастающая  тоска  по ней наверняка заявляла о себе знать.  Вернее,  я никогда  ещё не был таким привязанным к кому-то до настоявшего дня, как самому близкому человеку как она. Я понимал, что она рядом со мной  порядка  всего этого времени, но только она летала теперь надо мной молча, превратившись  в ангела хранителя. Смирившись, хотя бы с этим, я лишь  бредово ожидал свою участь - по-стариковски  представляя себе - сколько ещё душ  побывала здесь  на моём месте, чтобы разумно оценить собственного дорогого здоровья.    

    

-Я жду вас…                

 

Когда я мысленно  удалился подальше от сего мира,  раскрыв глаза - увидел  перед собой  хрупкую медсестру: она меня раздела и повезла на коляске к хирургу. Хирург-профессор - видом несколько  угрюмый  и  с выразительным лицом – долго и скептично  начал разглядывать  на моём  плече  татуировку  с морским пейзажем. Я путал его с мясником крупного телосложения,  который целиться топором с какого  место начинать…  

 

-Матросом  служили? - он отвлёк меня с коротким вопросом.

 

-Профессор! –  медсестра обратила его внимание к себе, - он художник.

 

-... и замечательный собеседник, – другая медсестра добавила масло в огонь.

 

-Я их впервые  вижу,  –  я  не выдержал себя  и раздражённо нагрубил.

 

-Впервые? – сразу хором удивились  девушки,  -  надо же! Вот какой вы матрос, или рядом с девушками такой вы герой? Трясётесь? Ай-ай-ай!

 

-Я думал, что от вас слово не вытянешь, – сказал профессор, - это правда, боитесь?

 

Профессор хотел со мной побеседовать, что он тоже моряком служил некогда и много чего о чем-то - о возвышенных человеческих чувствах, а мои уши его больше не слушали. Быть может в другой обстановке он мог бы меня втянуть к общению, но сейчас я уводил себя сознательно от назойливых разговоров. Тем временем, я изучал на его лице необычайной  красоты светотени  исходящие от яркого  операционного осветителя: пластики линии  его глаз, волос – незаметно  я занимался  своим  профессиональным делом. Его внушительный и добрый взгляд  никак не могло б пройти  без моего особого внимания; а его морщины на лице не каждого мужчину так мудро украсили бы...

 

-Вы меня слышите? – спросил профессор, дёргая меня за плечо, - почему вы не отвечаете на мои вопросы?

 

-Тысяча извинения, профессор! Но лучше было бы, если вы быстрее резали меня, пожалуйста!

 

Разочаровавшись мною, он приступил  к  исполнению  божественное своё дело. Следом  кто-то пообещал  мне подарить рай - наверняка для моего успокоения…

 

 

Глава 7

Беспрерывно  ссыпающиеся  конфетти  с неба вдруг  заблестели как золото. Под ослепительным  светом солнца  -  едва  было видно  медленно летящий праздничный  парад людей как облака, который двигался  в сторону  вдалеке сверкающей  небесной  «золотой дыре». Параллельно  пресмыкались и медицинские  предметы, а за ними  высокий медперсонал, а уж потом я со всеми вместе, как одна  составляющая крупинка Вселенной.

 

В отличия  от других, я лежал на носилки в руках у неземных медсестёр - с большим интересом наблюдая, как  лихо они управляются своими обязанностями. А иногда они сознательно  выходили из предела своих  профессиональных дел - излишне  оказывая любезность к своему скромному пациенту – как-то  развлекали его с неуместными шутками.

 

Но эта божественная атмосфера  почему-то никак  не связывалась с жутко шипучими дыханиями  кого-то рядом, как будто нас окружали  немыслимо количества  змей, однако  вполне  уютно  сливались со всеми атрибутами реальности - на первый взгляд кажущиеся сюрреализмом Вселенной…

   

-Вам хорошо, дорогой наш больной? – со странной  улыбкой  спросила одна из медсестёр.

 

Её карие глаза особо отличались  больно жгучестью от других. На миг, оставляя  своих коллег чуть  назад,  она самовольно  подняла меня с места и подтолкнула наверх, как ребёнок бросает свой надувной шарик.  Немного  она  поиграла  мною в невесомости и снова уложила обратно, следом как-то засмеялась взрывным  смехом - беспрерывно подмигивая  с длинными ресницами на мою сторону. Её нечто таинственно  коварное поведение внезапно  вызвало во мне некое раздражение. «Вот откуда идут корни змеиного шипения, гадюка!» - думая, я тут же  потерял себе блаженные радости.

 

Она изящно убрала с лица запущенные  волосы – и вдруг глаза её засветилась как золото; сняв с лица  повязку, она  резко поглядела колдовским взглядом на свою жертву, как будто готовилась к прыжку. Я поддался и онемел: в тумане услышал дрожащий собственный свой  голос:  - «Не уж-то тут балуется Пятница?»  Тем временем она порхала вокруг меня, а её неземные волосы заматывались на моё лицо, шею, и змеино поскальзывались по глазам и губам.

 

Отбрасывая волосы на спину, она  мигом  приняла  прежний  свой облик земной и задорно похохотала на весь голос:

 

-А кто же ещё, дядя Омар, если это не я? 

 

-А где мы?..

 

-В раю.

 

-В раю? Ты же болела?

 

-С вашими молитвами встала, чтобы выполнить своё обещание. Теперь держитесь крепче!

 

Пятница взяла меня за руку и отпустила на волю присмотреться за своим имением. 

 

Надолго  блуждая  где-то в кружевах бесконечности бытия,  разочарованно я вернулся обратно и очутился  в жуткой  пустоте  реальности – только издали доходящий солнечный свет,  довольно слабо освещало панораму круговорота, теперь нам  знакомой «чёрной дыры».

 

В шоке я заметался на четыре стороны, как потерявший орёл своего птенца, и кричал и кричал, а голоса нет: «Не надо мне рай, явись сама!..»

 

Снова  меня оглушили шипучие змеиные  дыхания ... … …

 

 

-Матрос!

 

Едва приоткрыв глаза, я почувствовал себя, как человек - выпивший два литра водки, но ещё что-то соображающий.

 

-Молодец!

 

Искривлённое лицо профессора  глядело  передо мной туманно, как  в кривом зеркале. Медсестра вытерла  пот с его лба.  Он  медленно  удалился.  В панике  я  что-то  хотел ему сообщить, но меня забрала могильная тишина. Следом  загремел  непривычный  человеческий голос:

 

На колени!!! 

 

Величественная  чья-то  фигура  вмиг осветилась под громом и сию же секунду исчезла. Я только хотел было встать  на колени - и тут же  упал в бездну, как будто был поражён молнией.  И очутился я у кого-то на руках…

 

 

Глава 8

 

-Куда я попал? – я пробормотал в недоразумение.

 

-В ад, – похихикал  голос за моей спиной.

 

-Как же так? Только что я был в раю…

 

-Ошибочка вышла.  Вот и на моём горбе притащился куда  положено, – сказал тот, обнимая меня  с шерстяными руками.

 

-А ты кто такой?

 

-Шайтан.  Давай, дорогой,  лучше ты  хорошенько готовься  к ответу - стоишь у самого Аллаха!!!

 

Сразу впереди меня плавно расположились вряд человеческие души как мелкие облака,  что легче подсчитать  звёзд, чем  их,  а сзади – немало чертей.

 

Чёрный  шайтан  повернул  меня  лицом  в сторону невидимого Творца.  Могучий  Его  голос повторно прогремел:

 

-Добро пожаловать! А ну-ка,  расскажи-ка  Мне сначала по порядку: достойно ли ты прожил дарёную тебе жизнь и как там оберегал частицу души своего Творца?

 

 -Смелее! - локтём толкнул шайтан, -  только начинай с развода и хорошенько попросись на землю! 

 

-Несчастный ты  мой  человек, даже здесь думаешь о разводе?..  уже разочаровал. Иногда я сам себя не понимаю - зачем на свою голову натворил  вас – готового не можете проглотить!  Живи да наслаждайся, а им всё мало да мало - что вам ещё не хватало на райской Земле?  Правильно делаешь, что молчишь, но придётся всё равно отвечать. Я тебе одарил жизнь – это, во-первых, а во-вторых  – Женщину! В третьих, она тебе подарила детей. Теперь скажи: мало было тебе счастье?  Или одну душу загубил – что тут такого - Аллах ещё даст, не так ли?  Несчастен - Аллах подарит тебе и счастье; погрешил - Аллах поощряет тебя  прощением? При всём  этом  в голове ещё в иной рай попасть? Или ты ещё осмелишься  сказать Мне, что твой Творец благодушный и исполнит ради тебя все, что ты пожелаешь, как покорный Джин? Прекрасно! Потом всё сначала, а ты полежишь на десятом  боку,  даже кашлять за тебя будут черти.  Незавидно ли ты там устраивался? А  разве не понимаешь, что твой Творец  и на самом деле благодушен в корне?  Но только  для тех, чтоб ты знал мой грешник,  кто благословляет дары Его, кто бережёт его как единственную  свою жизнь и дополнит и украсит своим неустанным трудом ту Землю  Свешенною на благо Моих  созданий.  Если ты  не понимаешь это, либо забывал истинную суть  своего пребывания на землю, в том числе  своего добродетель-Творца, то лучше ничего не проси!  Да, к сожалению, в аду нынче перебор, но кругом бездна, неблагодарный!  

 

-Великий мой Творец! Я сердцем  искренно каюсь за все свои грехи! Я обещаю Вам скоро исправиться, только если  Вы меня отпустите  обратно  на землю. 

 

-Я не раз слышал это и слышу и теперь, даже уши вянут. 

 

-Ведь я с Вашей помощи только недавно вывел семью из «горячей точки ада земли» и поэтому убедительно прошу Вас временного помилования раба своего, пока он не уладит  свои земные дела.

 

-Припоминаю,… а почему там же тогда не покаялся?

 

-Я забылся в состоянии головного хаоса…

 

-Стоит ли Мне доверять такому грешнику-склерозу?

 

-Только ради семьи.

 

-«Ради семьи» говоришь?..  Ладно, посмотрим, пусть пока будет по-твоему!  Стой здесь и жди: придёт человек, если он отпустит тебя, считай, что я отпустил.  Только запомни: Я редко кому этого позволяю!..

 

Как только наступила тишина - жаром запахла: сначала показалась  раскалённая сковорода, а уж потом вся моя любимая тёща…

 

 

Глава 9

Смутно я помню, в каком состоянии уложили меня на койку, но неплохо припоминаю свой бред как пьяный сам собой, еле улавливая свои и чужие слова.

 

-Пятница! – прозвучал мой  не очень–то пока  ещё  разумный голос, - Пятница!.. Пятница!

 

-Сегодня вторник, дорогой, спите-спите! – я услышал женский голос, потом  она шепнула к своей собеседнице: - в пятницу он обещал выйти на работу, в которой устроился  недавно, чтобы вращаться среди людей, чем дома общаться с духами. Бредит, бедняга.

 

В тумане я увидел маму соседа по койке мужчину и зацепился  к её рукам, пытаясь что-то ей объяснить. Но она остановила:

 

-Успокойтесь! Нельзя вам  сейчас разговаривать, а в пятницу обязательно вас  отпустят.

 

-Мужчина! У вас есть соседка, которая ухаживает за вами дома?  –  прибегая,  спросила одна пышная медсестра.

 

-Не надо  его  беспокоить, милая! –  женщина возразила непонятливой медсестре.

 

-Я не обеспокоиваю, а спрашиваю:  есть ли у него соседка, такая молоденькая и красивенькая? – она впритык  поставила  ко мне круглое своё лицо, –  мужчина... мужчина,  Лейла вам знакома?

 

-Лейла???  А... а, где она?!

 

-Стоит в коридоре,  и  врывается сюда.

 

-Не надо… не надо… не надо её  пускать сюда! – с испугом  я  прохрипел  и  начал вставать с постели.

 

Люди разбушевались, и старались меня уложить обратно. Я прогнал их в сторону и  как-нибудь  сам добрался  до умывальника: отхаркался густой кровью, слегка умылся, и обратно пошёл; потом остановился на минутку и оглянулся по сторонам.  Люди  закричали, что  я упаду.  Но я дошёл до постели без их помощи,  как герой посмотрел на всех и снова лёг.  Люди  сели тоже по своим  местам, но когда я успокоился - шёпотом  начали разговаривать:

 

-Бедный человек, на том свете побывал. Говорят, что  его сам профессор откачал.

 

-А ещё говорят, что у него нет  никого, поэтому  его  соседка пришла, которой  в бреду он повторял  её имя.

 

-Медсестра сказала, что она  его любовница, а внучка годится. Какой позор!

 

-Да что тут такого? Я его понимаю. Мы  все в молодости тянемся к взрослым, а в старости, молодым, - посмеялась, одна  больно ухоженная посетительница в возрасте.

 

Да нет. Наверно он её ненавидит, а она все равно пришла. Вот в чём дело. Видели  вы его глаза, какой он был злой, когда  услышал её имя?

 

-Ну, наверно довела его колдовством, а скоро отберёт и квартиру, как воду пить.

 

-Поголовно все сходят с ума, после исчезновение советской власти. Что тут скажешь? - современная молодёжь!

 

-Все вы, лжёте - не трогайте её - Аллах вас не простит! – неожиданно я снова подал голос.

 

-Успокойтесь, дорогой! Под наркозом, что только не бывает. Вот мой сын - невинную медсестру, извините, пошлостью «покрыл», и целоваться полезь. Представляете? А вы - интеллигентно поругали.  Молодец!  Все будет хорошо.

 

-Я не хочу ничего,… зачем профессор меня откачал?!

 

-Успокойтесь! Скоро  наркоз пройдёт, и снова будете радоваться  жизни...

 

-И радоваться  не хочу...  хочу к тёще...

 

-У вас есть тёща?! ... а  мы-то  думали... извините... вы так любите свою тёщу?  Как это похвально!

 

-Аллах мне дал шанс, мы ещё не договорились.  Я хочу к ней… к ней я хочу...

 

-Врача! Он совсем не знает, о чём  болтает,  – раздражённо закричала женщина.

 

-Ваша Лейла, оставила вам бутылку кефира и творога, – снова возвратилась та самая пышная медсестра, – я на тумбочку положу, мужчина. Она завтра ещё придёт. Вы слышите меня?.. Мужчина!..  Кефира надо согреть, прежде чем пить. Положите на батарею, будет тёпленький.  Поняли вы, мужчина? Ладно, я сама…

 

Продолжение следует...

культура искусство литература проза проза
Facebook Share
Отправить жалобу
ДРУГИЕ ПУБЛИКАЦИИ АВТОРА