Опубликовано: 21 марта 2013 12:56

УВИДЕТЬ БРЮГГЕ И НЕ ВЕРНУТЬСЯ (19)

19. РАЗМЫШЛЕНИЯ У ЗЕРКАЛА

Мария Николаевна стояла у зеркала, разглядывая недавно появившиеся морщинки в уголках глаз и усталое выражение лица.

- Изнуренков какой-то, - подумала она, глядя на себя. Дома в этот час никого не было и можно было спокойно поговорить наедине с собой.

Уже несколько дней её терзали беспокойные мысли и не давали покоя ни днем, ни ночью. Странное дело, но она не могла найти ответы на самые простые вопросы на тему их отношений с дочерью. А мысли снова и снова возвращались к ней, несмотря на то, что с момента её приезда из Брюгге прошло уже три года.

Тогда, увидев свою дочь после пятнадцатилетнего перерыва, Маша была поражена тем, что вместо трудного, порой несносного, но все же родного ребенка, перед ней предстал совершенно чужой и циничный человек, для которого, казалось, нет ничего святого и ничего ценного, кроме, пожалуй, её самой. Маша призналась себе, что была откровенно шокирована, и этот шок сейчас только усиливался.

Еще с младых ногтей она лелеяла и окружала Ирину заботой, из всех сил стараясь сделать из неё воспитанную, образованную барышню. И как сейчас она изменилась. Маша вздохнула, продолжая разглядывать себя в зеркале:

- И куда же пошли все эти занятия музыкой, естественно на фортепиано, спортивные секции по фигурному катанию, большому теннису, уроки танцев и прочая и прочая? Ведь Ирина до пятого класса училась на одни пятерки. Еще бы – дедушка генерал, другой дед – журналист, отец – доктор философских наук, мать – начальник в большом институте, все люди уважаемые и заслуженные, тут нельзя иначе. Что называется – девочка из приличной семьи! Какая жизнь и карьера ей светила! Только захоти – и все двери откроются, каждый постарается ей помочь. Куда же всё это делось и откуда взялось то, что они с мужем видят сейчас, и разве это её дочь?

Вопросов было много, но с отражением в зеркале беседовать было одно удовольствие: можно задавать любые вопросы и получать самые невероятные ответы. И тебя выслушают! Маша критически улыбнулась и продолжила:

- Можно, конечно, отнести какие-то претензии к себе. Да, в её жизни был развод, но этого почти никакая семья не минует, особенно, если молодые люди рано женятся или выходят замуж, не задумываясь при этом о будущем, просто – «как все» или «так принято». Но, тем не менее, даже в этом случае с её стороны было сделано все необходимое, чтобы ребенок не чувствовал никакого ущерба.

Отражение в зеркале согласно кивало в ответ.

- Хорошо, что родители тогда помогли, взяли часть забот на себя. Вот и Михайлов, с самого начала их совместной жизни старался во всем помогать Ирине, и отношения у них складывались неплохие, дружеские. Человек он достойный, директор большого НИИ, кандидат наук. Сколько внимания он уделял Ирине, а сколько ему пришлось терпеть от неё, когда в четырнадцать лет она резко изменилась и бросила школу.

Маша вспомнила, что тогда пришлось силой отвезти Ирину в другой город к родной тете – директору школы, чтобы та «дотянула» её, хотя бы на «тройках», до свидетельства о среднем образовании. Тогда, в то, еще в советское время, казалось, что это просто необходимо, без этого жизнь никак не состоится.

Затем, вернувшись в Москву, Ирина совсем потеряла голову. И вот законный результат – уехала из страны за светлыми мечтами и легкими деньгами. И пропала на несколько лет в полной неизвестности! Чего только это стоило Маше? Где Ирина и жива ли она? Выручал только внутренний голос, которому она с годами всё больше доверяла. Он успокаивал её, говоря, что Ирина жива и здорова. К поискам тогда же они с Михайловым подключили и отца Ирины, который через Интерпол обнаружил её следы в Германии, и на этом успокоился, сказав Маше, что Ирине в любом случае там лучше, чем в голодной Москве, и нечего тут переживать.

И, действительно, спустя без малого пять лет после её отъезда, однажды вечером Ирина позвонила им домой, как ни в чём ни бывало, сообщив, что у неё теперь семья – муж Олег Калинин и ребенок, это был первый сын Олег. Никаких извинений за все тревоги и поиски, которые давно и долго вели Маша с Михайловым! Да и звонок-то был лишь для того, чтобы сообщить свой адрес и попросить немного денег.

Где-то Маша прочитала, что на свете есть всего три ужасных неизлечимых болезни, с которыми люди еще могут жить, без страха неожиданно умереть, как от рака. Это – алкоголизм, наркомания и паразитизм, как образ жизни. Вот таким паразитом, чудовищным вампиром и представлялась ей сейчас Ирина, которая жадно пила её и Максима кровь, энергию, высасывая силы и, конечно, деньги.

- Если бы не Макс, то Ирина давно свела бы меня в могилу - думала Маша, обращаясь к своему отражению в зеркале. – Слава Богу, что ты дал мне такого замечательного мужа, как Михайлов.

Ей показалось, что из зазеркалья Михайлов кивнул ей в ответ в знак согласия: они уже 25 лет жили вместе, как две половинки яблока, деля радости и несчастья, поддерживая друг друга.

- Сейчас она, наверное, завидует нам, и от этого только сильнее злобствует, - ответила сама себе Маша на незаданный вопрос. – Нет, я никому не отдам Михайлова, он мой, - собственнически, но абсолютно без всякого зазрений совести, подумала Маша, глядя в глубину зеркала.

Даже ссорится с ним она могла не больше часа, потому что далее было просто невыносимо молчать и оставаться один на один с собой. Михайлов знал это и по-житейски мудро не мешал ей самой дойти до этого состояния умиротворения.

Несомненно, это был Божий дар – их союз, и именно он сейчас спасал Машу. В свою очередь, она чувствовала, как изменился Михайлов за эти годы, как его достали эти темные силы, как его спокойствие и выдержка стали уступать нервозности и потере здоровья. Видя, как молча страдает Михайлов, Маша, словно тигрица, кидалась на Ирину, когда та «прилипала» к нему по любому поводу, и прогоняла прочь.

- Что же дальше? Табличка с надписью «Выхода нет»? Или что-то более позитивное?

- Вилы, - объяснила эту ситуацию одна Машина подруга, кому единственной она рассказывала про свою жизнь, чтобы просто высказаться и не копить в себе этот страшный ком.

«Вот так: живет семья, приличная семья – Крыса, Лошадь и Свинья». Они втроем были именно этими священными животными из китайского календаря, согласно которому один является «хозяином» другого, а другой, соответственно «слугой» первого.

Это придумал Бог, и оказалось, что эту триаду разорвать невозможно!

культура искусство литература проза проза
Facebook Share
Отправить жалобу
ДРУГИЕ ПУБЛИКАЦИИ АВТОРА